Последняя любовь комбрига Ржевского

Отправлено 20 авг. 2018 г., 22:52 пользователем Редактор   [ обновлено 9 сент. 2018 г., 21:10 ]

Сначала комбрига Ржевского уволили из армии, а затем арестовали как одного из членов «военно-троцкистского заговора в ОКДВА». Под изуверскими пытками он все признал, и его включили по 1-й категории  (расстрел) в список лиц, подлежащих суду Военной коллегии Верховного суда СССР. 31 июля 1937 г. список утвердили Сталин, Молотов, Каганович, Жданов и Ворошилов. С этого момента его судьба была предрешена. 

12 июня 1937 г. советские газеты сообщили об осуждении участников «антисоветского военно-троцкистского заговора». Герои Гражданской войны, известные военачальники — маршал Тухачевский, командармы Корк, Уборевич, Якир, комкоры Примаков, Путна и Эйдеман — были объявлены шпионами и заговорщиками и расстреляны. «Дело Тухачевского» стало началом массовых репрессий в Красной Армии, в ходе которых были уничтожены или отправлены в лагеря тысячи командиров. 

Одной из многих жертв кровавой «чистки» стал комендант и военком 102-го Усть-Сунгарийского укрепрайона ОКДВА комбриг Ржевский Александр Алексеевич. Он родился в 1897 г. в Воронежской губернии в семье рабочего. Окончив торговую школу в г. Луганске в 1912 г., работал конторщиком, электросварщиком, лаборантом химической лаборатории. С началом Первой мировой войны в 1915 г. призван в армию, воевал на Румынском и Юго-Западном фронтах, дослужился до чина подпоручика.

После Февральской революции 1917 г. примыкал к фракции большевиков, состоял членом Военно-революционного комитета Особой армии. Во время октябрьских событий 1917 г. — член ВРК и Чрезвычайной комиссии Рожицкого района, участник боев с войсками украинской Центральной рады.

В марте 1918 г. добровольно вступил в Красную Армию, тогда же был принят в партию большевиков, прошел путь от рядового красноармейца  до командира стрелковой дивизии. В ноябре 1922 г. награжден орденом Красного Знамени. Из приказа Реввоенсовета Республики: « ...при наступлении в августе 1919 г. на г. Волчанск против частей деникинской армии, командуя боковым авангардом, в течение 2-х суток отбивал полком беспрерывные атаки противника, увлекая личным примером в бой красноармейцев. В первых числах сентября при форсировании полком р. Оскола Ржевский, будучи сильно контужен в голову, не покинул строя до полного отражения неоднократных атак противника, нанеся при этом последнему значительные потери».

После Гражданской войны Ржевский окончил Высшие академические курсы при Военной академии РККА им. М.В. Фрунзе, был военруком Академии коммунистического воспитания имени Н.К. Крупской, состоял в резерве для направления в Китай в качестве военного советника. С ноября 1930 г. — начальник Владикавказской пехотной школы им. Коминтерна.

В 1932 г. Ржевский поступил на Особый факультет Военной академии им. М.В. Фрунзе, по окончании которого в январе 1935 г.  его назначили комендантом и военным комиссаром 102-го Усть-Сунгарийского укрепленного района ОКДВА, части которого дислоцировались в пограничных амурских селах Блюхерово (ныне Ленинское), Воскресеновка, Кукелево и Новое Блюхеровского района Еврейской автономной области. 17 февраля 1936 г. ему присвоили звание «комбриг».

О семейной жизни комбрига Ржевского практически ничего не известно. Скорее всего, в 1936 г. он был не женат. 

Как-то осенью 1936 г., находясь в Хабаровске по делам службы, комбриг Ржевский познакомился с 28-летней сотрудницей краевой Гидрометеослужбы Зинаидой Тимофеевной Литневской. Она родилась в 1908 г. в русской семье сторожа железнодорожных складов КВЖД в Харбине. В 1912 г. Литневские перебрались в Хабаровск, а в 1916-м – на железнодорожную станцию Ин (ныне поселок Смидович Смидовичского района ЕАО). До 1924 г. отец работал сторожем, стрелочником, составителем поездов, затем вышел на пенсию по инвалидности. К тому времени Зинаида получила неполное среднее образование и специальность секретаря-машинистки.

В феврале 1927 г. из Хабаровска на станцию Ин  прибыл новый уполномоченный и одновременно председатель рабочего комитета Кур-Урмийского леспромхоза Виталий Романович Ларкин. В августе 1928 г. Зинаида вышла за него замуж, а через год у них появился сын Борис. Активный и амбициозный, Ларкин вскоре занял пост заместителя директора Кур-Урмийского леспромхоза, а еще через два года, в феврале 1931 г., он стал сотрудником транспортных органов ОГПУ. 

До 1936 г. Ларкин был помощником линейного уполномоченного Дорожно-транспортного отдела ОГПУ на станциях Хабаровск, Облучье, Биракан, потом вновь оказался в Хабаровске  в январе 1936 г. его назначили оперуполномоченным 6-го (транспортного) отдела УГБ УНКВД по ДВК.

И все бы ничего, да только семейная жизнь у них с Зинаидой как-то не заладилась. Ларкин не очень хранил супружескую верность, но в то же время частенько устраивал Зинаиде безобразные сцены необоснованной, беспредельной ревности, переходившие порой в ожесточенную ругань с рукоприкладством. 

Терпение Зинаиды лопнуло, и в марте 1936 г. она подала на развод. А 28 апреля партком УНКВД по ДВК объявил Ларкину выговор «за антипартийное поведение, выразившееся в семейном быту», поскольку «...жена Ларкина подала заявление, в котором обвинила Ларкина в том, что он препятствовал ей заниматься общественной работой, что послужило к выходу ее из комсомола. 7 марта Ларкин нанес побои жене и теще. До этого постоянно скандалил с женой, дело доходило также до побоев. При разводе с женой, узнав, что жена погрузила вещи в вагон, Ларкин, под видом поисков белья выгрузил все вещи из вагона, но впоследствии под нажимом особоуполномоченного, командования ТО УГБ и даже прокурора вещи эти все же возвратил. При разделе вещей скандалил, увез заранее ценные вещи к себе на квартиру...».

После развода Литневская с сыном продолжала жить в Хабаровске, работала в краевой Гидрометеослужбе, а в октябре-ноябре 1936 г. познакомилась с комбригом Ржевским. В январе 1937 г. он пригласил Зинаиду к себе в Блюхерово «в гости», и через месяц они решили жить вместе, но без официальной регистрации брака.

Когда 2 марта 1937 г. Ржевского отозвали в распоряжение Управления по начсоставу РККА, Зинаида  поехала вместе с ним в Москву. И пока кадровики решали вопрос нового назначения Ржевского, они взяли путевку в санаторий и провели «медовый месяц»  в Крымув Гурзуфе

Возвратившись в апреле в Москву, Ржевский вновь попросился  на Дальний Восток. Просьбу его удовлетворили, но как только они вернулись в Хабаровск, над комбригом стали сгущаться грозовые тучи. В мае 1937 г. в Москве арестовали группу известных военачальников во главе с зам. наркома обороны маршалом Тухачевским. Их обвинили в принадлежности к «военно-троцкистскому заговору», а следом началась «чистка» Красной Армии. Очень быстро репрессии докатились и до Дальнего Востока.

Сначала комбрига Ржевского 7 июня 1937 г. уволили из армии, а 16 июня арестовали как одного из членов «военно-троцкистского заговора в ОКДВА». Под изуверскими пытками он все признал, и его тут же включили по 1-й категории  (расстрел) в список лиц, подлежащих суду Военной коллегии Верховного суда СССР. 31 июля 1937 г. список утвердили Сталин, Молотов, Каганович, Жданов и Ворошилов. С этого момента его судьба была предрешена.

После ареста Ржевского Зинаида с сыном перебралась из Хабаровска в поселок Смидович, устроилась на работу на станции Ин и жила в тревожном неведении о судьбе комбрига. Но ей не будет суждено узнать, что 29 августа 1937 г. Выездная сессия Военной коллегии Верховного суда СССР приговорила Александра Алексеевича Ржевского по статьям 58-1б, 58-8, 58-9, 58-11 УК РСФСР к «высшей мере социальной защиты», и в тот же день его расстреляли в Хабаровске. Тогда же, 27, 28 и 29 августа 1937 г., казнили еще 55 военнослужащих-дальневосточников из «сталинского расстрельного списка» от 31 июля 1937 г.1

В соответствии с приказом НКВД СССР от 15 августа 1937 г. № 00486 «Об операции по репрессированию жен и детей изменников родины», жены и дети «врагов народа», осужденных Военной коллегией и военными трибуналами по 1-й и 2-й категориям, также подлежали аресту и заключению в лагеря на срок от 5 до 8 лет.

Казалось бы, Зинаиде Литневской опасаться было нечего: официально она не замужем, отношения с Ржевским были формальными, без регистрации брака, да и знала она его всего лишь несколько месяцев. Однако пунктом 4 приказа 00486 такие случаи тоже предусмотрели: «Аресту подлежат жены, состоявшие в юридическом или фактическом браке с осужденным в момент его ареста». Но ведь для этого нужно, чтобы органы как-то узнали о таком "фактическом браке»!

Несмотря на развод, Ларкин продолжал внимательно отслеживать личную жизнь бывшей жены, и слухи о сожительстве Зинаиды с высокопоставленным командиром РККА до него доходили. Поэтому, как только приказ о репрессировании жен «врагов народа» поступил из Москвы в Хабаровск, он 13 сентября 1937 г. немедленно подал заместителю начальника 6-го отдела УГБ УНКВД по ДВК старшему лейтенанту госбезопасности Акимову рапорт следующего содержания:

«10 сентября с.г. я, с целью уточнения факта сожительства моей бывшей жены (развелся с ней в марте месяце 1936 г.) Литневской Зинаиды Тимофеевны с расстрелянным врагом народа Ржевским, пригласил к себе гр. Кожевникову Ольгу, которая не только подтвердила факт сожительства Литневской З.Т. с врагом народа и предателем Ржевским, но и сообщила мне, что со слов самой Литневской З.Т. ей известно, что последняя, находясь в мае-июле на курорте в Сочи, была близка с сестрой и матерью изменника Родины Тухачевского, отдыхавшими там же.

Это, и наконец попытки Литневской З.Т. скрыть, что она являлась женой предателя Ржевского, равно как и попытки скрыться из Хабаровска, заставляют обратить на нее соответствующее внимание».

После такого рапорта органам ничего другого не оставалось, как обратить на Зинаиду «соответствующее внимание»: 29 сентября 1937 г. ее арестовали как ЧСИР («члена семьи изменника Родины») и поместили в камеру Внутренней тюрьмы УНКВД по ДВК. Поместили, но... на целых пятнадцать месяцев словно забыли о ней  ни допросов, ни весточки с воли... Что испытала и через что прошла за это время Зинаида  – известно лишь Богу да ей самой. 

Первый и единственный протокол ее допроса датирован 5-м января 1939 г. К этому времени волна «большого террора» пошла на спад, внесудебные «тройки» ликвидировали, массовые выселения и аресты запретили, а незаконченные уголовные дела предписывалось направлять в суды или на Особое совещание при НКВД СССР. 

Убедившись, что Литневская жила с комбригом Ржевским без брака всего лишь четыре с половиной месяца и абсолютно ничего не ведала о его «заговорщической деятельности», следователь прекратил ее уголовное дело, и 8 января 1939 г. Зинаида вышла на свободу.

Комбрига Ржевского А.А., как и большинство других «военных заговорщиков», реабилитировали в 1957 г. за отсутствием в их действиях состава преступления. Как сложилась судьба Литневской З.Т. — неизвестно, но реабилитировали ее только 2 ноября 2000 г. А вот о третьем «герое» этой грустной истории известно немного больше. 

С мая 1938 г. по февраль 1939 г. «бдительный чекист» сержант госбезопасности Ларкин возглавлял в Биробиджане 4-е (секретно-политическое) отделение УГБ УНКВД по ЕАО. Это на его совести необоснованные массовые аресты жителей ЕАО, масштабные фальсификации следственных дел о мифических шпионских, диверсионных, вредительских и повстанческих организациях,  применение к арестованным жестоких пыток для получения ложных показаний.

В короткий период «бериевской реабилитации», когда в начале 1939 г. незначительная часть репрессированных вышла на свободу, по стране прокатилась новая волна арестов, только теперь — среди чекистов, запятнавших себя кровавыми пытками и другими преступными деяниями. 

27 февраля 1939 г. Ларкина арестовали по ст. 193-17 п. «б» УК РСФСР и 7 апреля того же года уволили из НКВД. Однако 15 декабря 1939 г. военный трибунал оправдал его со ссылкой на то, что Ларкин, якобы, был лишь исполнителем преступных приказов своего руководства! Выйдя на свободу, он поселился у своей матери на разъезде Амур, устроился начальником автотранспорта на Хабаровский мясокомбинат, и начал писать гневные жалобы во все инстанции, добиваясь реабилитации и восстановления на службе в органах НКВД.

Тем временем военный прокурор войск НКВД Хабаровского погранокруга оправдание Ларкина опротестовал, и 11 мая 1940 г. Военная коллегия Верховного суда СССР вернула дело в тот же трибунал для повторного рассмотрения.

5 июня 1940 г. Ларкина снова арестовали и так же, как его бывшую жену Зинаиду Литневскую, посадили в камеру Внутренней тюрьмы УНКВД по Хабаровскому краю.

23 августа 1940 г. Военный трибунал войск НКВД Хабаровского округа вновь рассмотрел дело Ларкина В.Р., и на этот раз приговорил его по ст. 193-17 п. «а» УК РСФСР за злоупотребление властью к 10 годам лишения свободы в ИТЛ, с поражением в политических правах на два года и лишением спецзвания сержанта госбезопасности.  

Следы его дальнейшей судьбы затерялись на необъятных просторах «архипелага ГУЛАГ».

Владимир ЖУРАВЛЕВ