СМИ ЕАО о репрессиях


"Мы ценим наши карательные органы"

Отправлено 2 сент. 2019 г., 07:06 пользователем Редактор   [ обновлено 12 сент. 2019 г., 19:39 ]


Протокол 

открытого партийного собрания парторганизации обкома ВКП/б/ ЕАО 

Биробиджан, 

19 декабря 1937 г. 


ПРИСУТСТВУЮТ: Члены ВКП/б/ - 9 чел. Члены ВЛКСМ -  4  чел. 

Беспартийных - 1чел. 

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ - т. ЗАЙДЛЕР  

СЕКРЕТАРЬ - т. КУШНИР  

ПОВЕСТКА ДНЯ: 1. О 20-летии органов НКВД. 

СЛУШАЛИ: О 20-й годовщине органов НКВД /доклад т. ШТРАЙМЕЛЬ[1]/.  

ВЫСКАЗАЛИСЬ:  

НОВОСЕЛЬСКИЙ[2]: Напоминает о том, как ВЧК расправлялась с врагами на Украине во время бандитизма, разоблачая повстанцев в период коллективизации, в борьбе с кулаками. Мы ценим наши карательные органы. Сейчас наши орга­ны беспощадно уничтожают врагов народа, вредителей, шпионов, как бы они не маскировались. Одновременно наши органы исправляют людей, создавая ряд колоний, переделывают людей совершенно на новый путь. Органам НКВД оказывали, оказывают и будут оказывать самую горячую поддержку, и ценят их как меч пролетарского государства против врагов Советского Союза. 

КРАСНОВ[3]: В условиях сплочения против диктатуры пролетариата многочисленных врагов, без создания орга­нов ВЧК-НКВД немыслимо было существование нашего государства. И наши карательные органы будут существовать, пока будет существовать капиталистическое окружение. Впредь этими органами под руководством славного т. ЕЖОВА будут вылавливаться наши враги. Их значение не уменьшилось, а значительно возросло. Мы должны все стать в помощь органам НКВД. 

КОПЕЛЬНИКОВА: Напоминает из истории работы ВЧК по изъятию у буржуазии наг­рабленного имущества и добра рабочих. Буржуазия и кулаки всяческими мерами ненавидели работников ВЧК-ГПУ и не раз нападали на них. Карательные органы провели большую работу по уничтожению всех зиновьевцев-бухринцев, шпионов, диверсантов. И им еще при нашей помощи много придется выкорчевывать все остатки враждебных нам элементов. 

РЕЗОЛЮЦИЯ: 

Общее открытое партсобрание первичной парторганизации при обкоме ВКП/б/, заслушав доклад тов. ШТРАЙМЕЛЯ "О 20-летии ВЧК-НКВД", с радостью отмечает ту великую очистительную работу, которую проделали и проделывают наши славные органы ВЧК-НКВД.

ВЧК-ОГПУ-НКВД есть детище Великой пролетарской революции, грозный меч в руках диктатуры рабочего класса по подавлению внутренних врагов, всяких контрреволюционных, троцкистских и бухаринских шпионов. Благодаря бдительности славных чекистов удалось выловить и уничтожить немало заклятых врагов народа.

НКВД под славным руководством испытанного ленинца-сталинца тов. ЕЖОВА нанес сокрушительный удар фашизму, уничтожив его агентуру в СССР в лице мерзких и презренных негодяев и шпионов - троцкистов и бухаринцев.

Общее собрание считает обязанностью всех членов партии и беспартий­ных товарищей приложить все свои силы и умения для помощи органам НКВД в деле борьбы и вылавливания всех врагов народа, как бы тонко они не за­маскировались.  


[1] Штраймель Шойл Абрамович, 1908, урожен. Одесской обл., еврей. Директор средней школы. Место жительства: Биробиджан. Арест. 07.06.1938 УНКВД по ЕАО по ст. 58-1а УК РСФСР. 22.01.1940 уголовное дело прекращено за недоказанностью обвинения, реабилитирован. Архивное дело: П-88668. 

[2] Новосельский Цаля Лейзерович, 1901, урожен. с. Выдебер Пориевского р-на, еврей. Зав. отделом культурного просвещения при обкоме ВКП (б) ЕАО. Место жительства: Биробиджан. Арест. 07.06.1938 УНКВД по ЕАО по ст. 58-1а УК РСФСР. 05.02.1939 уголовное дело прекращено за недоказанностью обвинения, реабилитирован. Архивное дело: П-89305. 

[3] Краснов Борис Израилевич, 1896, урожен. д. Чернышовки Волынской губ., еврей. Зав. отделом пропаганды и агитации обкома ВКП (б) ЕАО. Место жительства: Биробиджан. Арест. 22.07.1938 УНКВД по ЕАО по ст. 58-10 УК РСФСР. 30.04.1939 уголовное дело прекращено за недоказанностью обвинения, реабилитирован. Архивное дело: П-89149.

"Били меня на допросах, и я все подписывал..."

Отправлено 19 июн. 2019 г., 08:29 пользователем Редактор   [ обновлено 9 сент. 2019 г., 00:34 ]


21 июля 1938 года в г. Хабаровске Военный Трибунал Краснознаменного Дальневосточного Фронта рассмотрел дело по обвинению  ЛОХВИЦКОГО Ивана Емельяновича и ИВАНЧУКА Федора Матвеевича, обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 58-1-а, 58-2, 58-7 и 50-11 УК РСФСР.  ЛОХВИЦКИЙ И.Е. содержится под стражей с 30 апреля 1938 года; ИВАНЧУК Ф.М. - с 1-го мая 1938 года. 

ЛОХВИЦКИЙ Иван Емельянович, рождения 1898 года, уроженец Краснодарского края, Армавирского района, станица Подгорная, постоянное местожительство с 1909 года с. Чурки, Блюхеровского района, Еврейской автономной области, колхозник с 1933 года, имущество отца конфисковано за невыпол­нение государственного задания по хлебопоставкам, отец умер в 1935 году, беспартийный, женат, по национальности украинец, образование - учился одну зиму, ранее не судим. С обвинительным заключением ознакомлен 15 июля 1938 года. 

ИВАНЧУК Федор Матвеевич, рождения 1904 года, уроженец Краснодарского края, Армавирского района, станица Подгорная, постоянное место жительства с 1912 года с. Чурки, Блюхеровского района, Еврейской автономной области, колхозник с 1935 года, до 1935 года работал по разным производствам, в колхозе занимал должность кладовщика, беспартийный, женат, по национальности украинец, образование - учился одну зиму, ранее не судим. С обвинительным заключением ознакомлен 15 июля 1938 года.

Подсудимым разъяснены их права на суде. Объявлен состав суда. Отвода не заявлено. Ходатайство подсудимые не заявили. Оглашено обвинительное заключение. Подсудимым разъяснена сущность предъявленного обвинения.

Подсудимый ЛОХВИЦКИЙ виновным себя не признал.

Подсудимый ИВАНЧУК виновным себя не признал.

Председательствующий - Подсудимый ИВАНЧУК, на предварительном следствии вы признали cебя виновным в контрреволюционной деятельности и дали по существу свои показания. Почему же вы на суде отрицаете свою виновность?

ИВАНЧУК - На предварительном следствии я не давал никаких показаний. Их писал сам следователь, а потом заставлял меня подписывать.

Оглаш. л.д. 8 показания ИВАНЧУКА о том, что он действительно состоял членом повстанческой организации.

ИВАНЧУК - Написал это сам следователь и под силой побоев заставил меня подписать.

Оглаш. л. д. 9 показания ИВАНЧУКА о том, что СЫЧ неоднократно высказывал в разговорах свои антисоветские настроения, которые ИВАНЧУК  разделял. И в одну из таких бесед СЫЧ информировал его, ИВАНЧУКА, о том, что в Блюхеровском районе существует контрреволюционная повстанческая организация, которая проводит подрывную деятельность в колхозах района и готовит вооруженное восстание на случай войны с Японией.

ИВАНЧУК - Никакого разговора с CЫЧОM у меня не было о существовании и деятельности контрреволюционной организации в нашем районе.

Оглаш. л. д. 10 показания ИВАНЧУКА о том, что он, ИВАНЧУК, на предложение СЫЧА вступить в контрреволюционную организацию дал свое согласие.

ИВАНЧУК - Ни одного килограмма мною семенного зерна испорчено не было. Все семена посеяны и дали хорошие всходы. Откуда взято о порче мной семян - я не знаю. Можно спросить любого колхозника, и он скажет, что никакой порчи семян не было Что же касается моей подписи в протоколе, то я уже не раз говорил суду, каким путем меня заставляли подписывать.

Оглаш. л. д. 11 показания ИВАНЧУКА о том, что ЛОХВИЦКИЙ состоял членом контрреволюционной организации и систематически вел антисоветскую агитацию среди колхозников и вредительски относился к колхозному имуществу, уничтожив 25 семей пчел на колхозной пасеке.

ИВАНЧУК - Ничего я этого не показывал. Все это написал следователь, не спрашивая меня.

Председательствующий – Подсудимый ИВАНЧУК, вы знаете БЕЛОКРЫЛОВА?

ИВАНЧУК - БЕЛОКРЫЛОВА не знаю.

Оглаш. л. д. 6 и 7 показания БЕЛОКРЫЛОВА о лицах, состоящих в контрреволюционной организации, где указано, что по селу Чурки являлись членами контрреволюционной организации ОКОРОКОВ и ИВАНЧУК, имя и отчество которого неизвестно, он работал в 1937 году в Блюхеровском Сельпо.

ИВАНЧУК - В Блюхеровском Сельпо работал мой брат, а не я. Я же был кладовщиком в колхозе д. Чурки.

Председательствующий - Подсудимый ЛОХВИЦКИЙ, состояли Вы членом контрреволюционной организации?

ЛОХВИЦКИЙ - Ничего не знаю об организации, и не состоял ее членом.

Оглаш. л. д. 18 показания ЛОХВИЦКОГО о том, что он состоял членом контрреволюционной организации.

ЛОХВИЦКИЙ - Все это ложь.

Оглаш. л. д. 18 показания ЛОХВИЦКОГО о том, что в контрреволюционную организацию он был завербован СИДОРЕНКО Федосием.

ЛОХВИЦКИЙ - Никогда меня СИДОРЕНКО не вер­бовал никуда. Все писал сам сле­дователь. Били меня на допросах, и я подписывал все, что давали.

Оглаш. л. д. 18 и 19 показания ЛОХЗИЦКОГО о том, что СИДОРЕНКО сообщил ЛОХВИЦКОМУ о наличии в Блюхеровском районе контрреволюционной повстанческой организации, которая должна будет во время войны Японии с СССР оказать помощь Японии, и тут же предложил ЛОХВИЦКОМУ вступить в эту организацию, на что ЛОХВИЦКИЙ дал свое согласие.

ЛОХВИЦКИЙ - Ничего этого не было.

Председательствующий - Подсудимый ЛОХВИЦКИЙ, знаете вы НОВИКОВА?

ЛОХВИЦКИЙ - Знаю.

Оглаш. л. д. 19 показания ЛОХВИЦКОГО о том, что контр­революционная организация ставила задачей подготовку местного населения к вооруженному восстанию в момент войны Японии с СССР с тем, чтобы оказать помощь японцам. От НОВИКОВА ЛОХВИЦКОМУ известно, что война между Японией и СССР должна была возникнуть весной 1938 года.

ЛОХВИЦКИЙ - Все это ложь, я не давал этих показаний.

Оглаш. л. д. 20 показания ЛОХВИЦКОГО о том, что НОВИКОВ его предупредил об аресте некоторых членов контрреволюционной организации в с. Кукелево. Причем указывал, если кого-либо арестуют, то на допросах не нужно сознаваться и выдавать остальных членов организации, на что он, ЛОХВИЦКИЙ, дал обещание НОВИКОВУ, что если будет арестован, то никогда не выдаст.

ЛОХВИЦКИЙ - Ничего мне НОВИКОВ не говорил.

Оглаш. л. д. 20 и 21 показания ЛОХВИЦКОГО о том, что в феврале месяце 1938 года члены контрреволюционной организации: он - ЛОХВИЦКИЙ, ЧЕРКАШИН Василий, ИВАНЧУК и СИДОРЕНКО в квартире последнего проводили собрание по вопросу срыва посевной в колхозе, где каждый член в отдельности взял себе объекты, на которых должен был вредить. Он, ЛОХВИЦКИЙ, в целях вредительства погубил 25 семей пчел на колхозной пасеке.

ЛОХВИЦКИЙ - Никакой контрреволюционной организации я не знаю, членом никогда не состоял, никаких собраний контрреволюционной организации не посещал, и о них мне ничего не известно. Пчел 25 семей действительно погибло, но они погибли потому, что были старые, матки не заменялись, соты грязные. Я же, как пчеловод, работал только второе лето и не имел достаточного опыта в деле ухода за пчелами. Никакого вредительства в пчеловодстве с моей стороны не было.

Председательствующий: Подсудимый ЛОХВИЦКИЙ, какие задания вы получали от НОВИКОВА?

ЛОХВИЦКИЙ - Ни от НОВИКОВА, ни от кого-либо другого никогда и никаких заданий я не получал.

Дополнить судебное следствие подсудимые: ЛОХВИЦКИЙ и ИВАН­ЧУК не имеют.

Судебное следствие объявлено законченным и подсудимым предоставлены последние слова.

Подсудимый ЛОХВИЦКИЙ - Все то, что следователь написал в протоколах допросов - сплошная ложь. Ни в каких организациях я не состоял. Никогда меня никуда не вербовали. Моя вина лишь в том, что погибло 25 семей пчел, но это не вредительство, а моя неопытность в деле ухода за пчелами. Все протоколы я подписывал, не будучи в силах пере­носить тех побоев и истязаний, которые учинял мне следователь. Прошу суд разобраться во всем и вынес­ти свое правильное решение.

Подсудимый ИВАНЧУК - В контрреволюционной организации я не состоял и ничего не знаю о ней. СЫЧ мне ничего не говорил об организации и не вербовал меня. Семенное зерно я не портил, и оно все посеяно и растет. Показания я подписывал по тем же причинам, что и ЛОХВИЦКИЙ - били. Ни в чем я не виновен, и прошу суд разобраться в этом.

В 12 часов 45 минут суд удалился на совещание. В 13 часов 55 минут оглашен приговор и осужденным разъяснено, что они могут возбудить ходатайство о помиловании перед Президиумом Верховного Суда Союза ССР.

Суд ОПРЕДЕЛИЛ: Впредь до вступления приговора в законную силу меру пресечения в отношении осужденных ИВАНЧУК Ф.М. и ЛОХВИЦКОГО И.Е. оставить прежнюю - содержание в тюрьме гор. Хабаровска. 


Иванчук Федор Матвеевич, 1904, урожен. ст. Подгорной Армавирского р-на Северо-Кавказского края, украинец. Кладовщик колхоза «Яркий Луч». Место жительства: Чурки. Арест. 01.05.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за недостаточностью улик для предания обвиняемого суду, реабилитирован. Архивное дело: П-81923.

Лохвицкий Иван Емельянович, 1898, урожен. ст. Подгорной Армавирского р-на Северо-Кавказского края, украинец. Пчеловод колхоза «Яркий Луч». Место жительства: Чурки. Арест. 30.04.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за недостаточностью улик для предания обвиняемого суду, реабилитирован. Архивное дело: П-81923.

«Мною руководила исключительно борьба с врагами…»

Отправлено 24 мая 2019 г., 03:39 пользователем Редактор   [ обновлено 9 сент. 2019 г., 00:52 ]


Из протокола допроса Поминова Петра Ильича - 

мл. лейтенант госбезопасности, быв. начальника Особого отделения ГУГБ НКВД 34-й стр. дивизии (с. Бабстово), 1900 года рождения. 

2 марта <1939 г.> 

<....> ВОПРОС: На допросе 15 февраля Вы показали, что перед допросами арестованных в погранотряде список лиц, состоящих на оперативном учете в Особом отделении, вы не составляли и следователям этих списков не давали. Вы настаиваете на этих показаниях сейчас?

ОТВЕТ: Да, это было так, как я показал 15 февраля.

ВОПРОС: Вам зачитывается показание оперуполномоченного САЗОНКИНА: «ПОМИНОВ приказал мне дать ему список лиц, проходящих по материалам, из числа в/служащих по 101 полку, что мною и было сделано. Утром 10 апреля ПОМИНОВ вместе с ГРУЗИНСКИМ выехали в погранотряд». Это вы признаете?

ОТВЕТ: Такого приказания САЗОНКИНУ я не давал и списка от него не получал, и вообще 17 апреля я САЗОНКИНА не видел, так как он был в полку.

ВОПРОС: Вам зачитывается выдержка из заявления оперуполномоченного БУНЦ: «Заговор ПОМИНОВ начал вскрывать не через арестованных заговорщиков, которые сидели в ОО 34 с. д., а через шпионов-повстанцев из гражданского населения, арестованных погранотрядом. Причем 18 апреля 1938 года бригада сотрудников, в которую входил и я, выехали для допроса этих повстанцев. ПОМИНОВ заставлял оперуполномоченного ВАГИНА и оперуполномоченного ФАРЕНЮК составить списки лиц, имеющих компрометирующие показания, и таковые списки были составлены». Вы это тоже отрицаете?

ОТВЕТ: Повторяю, списков по моему заданию не составлялось, такого задания не давал.

ВОПРОС: Перед допросами арестованных в погранотряде Вы давали следователям указания «через повстанцев прорваться на 101 полк» и другие указания, какие показания арестованные должны были давать. Это вы признаете?

ОТВЕТ: Нет, не признаю.

ВОПРОС: Вам зачитывается показание оперуполномоченного ФАРЕНЮК: «Перед допросом ПОМИНОВ нам всем раздал списки военнослужащих, состоящих на оперучете, и сказал допросить обвиняемых по этим лицам. Здесь же он сказал, что: «нужно добиться того, что эта «ТКП» действовала в контакте с участниками заговора воинских частей, и намечала восстание на 1-е мая 1938 года. Эта установка при допросе обвиняемых была проведена». Вы это признаете?

ОТВЕТ: Эти показания клеветнические, таких указаний я не давал, и в показаниях арестованных, которых мы передопрашивали, название «ТКП» не фигурировало.

ВОПРОС: Тогда Вам зачитываются показания оперуполномоченного БУНЦ: «ПОМИНОВ ориентирует, что надо допрашивать так, что повстанцы получают оружие из частей, обоз через заговорщиков, открывают границу, перерезают коммуникации и действуют в тыл нашим войскам». Таких указаний Вы тоже не давали?

ОТВЕТ: Нет, не давал.

ВОПРОС: В докладной записке на имя ЛЮШКОВА и ОСИНИНА Вы 22 апреля доносили: «Следствием установлено, что на предыдущих допросах арестованных КОРНИЛОВ, ЧЕРНЕЦКИЙ, КОРНИЛОВ, ДРУЖИНИН и ФУНТУСОВ назвали не всех известных им шпионов и участников шпионско-повстанческой организации в п. Новом, и не указали главным образом членов организации из среды военнослужащих». Таким образом, очевидно, что при допросах в погранотряде Вы не только перепроверяли имевшиеся показания в отряде о связи повстанцев и в/служащих, но вынудили у допрашиваемых новые показания на военнослужащих. Так это было?

ОТВЕТ: Нет, люди допрашивались, главным образом, по имевшимся уже в отряде показаниям. На допросе арестованные действительно назвали человек 5-8 военнослужащих, кроме тех, которых они называли раньше. Прошу записать, что из числа этих вновь названных в/служащих ДУБОНОСОВ н САЗОНОВ проходили у нас в Особом отделении по показаниям как заговорщики.

ВОПРОС: Следствием установлено, что никакой повстанческой организации в с. Новом не было. Скажите, как же эти колхозники, которых Вы допрашивали, которые не причастны ни к какой контрреволюционной организации, могли называть вам заговорщиков. Ведь это говорит за то, что вы действительно проводили по их показаниям тех в/служащих, которые состояли у Вас на учете, что Вы так упорно отрицали?

ОТВЕТ: Утверждаю, что по протоколам я сознательно никого не проводил, записывал только тех, кого они сами называли.

ВОПРОС: При допросе в погранотряде Вы запретили остальным следователям писать протоколы допросов до тех пор, пока не будет готов Ваш протокол. Зачем вы это делали?

ОТВЕТ: Протоколы следователи составляли сразу при допросе. Когда, закончив допросы, я и ГРУЗИНСКИЙ уехали, ВАГИН, БУНЦ и ФАРЕНЮК остались оформлять протоколы.

ВОПРОС: Вам зачитываются показания оперуполномоченного БУНЦ: «ПОМИНОВ предупредил, чтобы мы не писали протоколов до тех пор, пока он не оформит, и по его типу чтобы составляли остальные протоколы».

Вам зачитывается также показание оперуполномоченного САЗОНКИНА: «Как после, уже из слов БУНЦА, ФАРЕНЮК и ПОМИНОВА выяснилось, что первым допрашивал ПОМИНОВ КОРНИЛОВА Филиппа. Остальные только беседовали с арестованными, и начали писать протоколы, когда для «ориентировки» всем был дан протокол КОРНИЛОВА, отпечатанный также в погранотряде». Это Вы тоже будете отрицать?

ОТВЕТ: Это неверно. Арестованные допрашивались одновременно и одновременно писались показания. Допрос мы с Грузинским закончили раньше и уехали, остальные остались оформлять протоколы. Но протокола КОРНИЛОВА я им не оставлял.

ВОПРОС: Протокол КОРНИЛОВА был отпечатана в отряде, да?

ОТВЕТ: Да, после допроса КОРНИЛОВА я там же в отряде лично сам печатал протокол допроса КОРНИЛОВА в 2-х экземплярах. Печатал потому, что в кабинете было очень холодно и трудно было писать. Протокола этого я остающимся следователям не оставлял.

ВОПРОС: Вы лично допрашивали в отряде арестованного КОРНИЛОВА Филиппа. Скажите, насколько развит КОРНИЛОВ?

ОТВЕТ: КОРНИЛОВ, работавший до ареста рыбаком в полку, был малограмотным, но был довольно развитым, хитрым, толковым мужиком. Как снабжавший полк рыбой, он бывал в квартирах начсостава, некоторые из них бывали на квартире у него. Прошу записать, что при допросе КОРНИЛОВА мною он от ранее данных им показаний не отказывался.

ВОПРОС: Вы утверждаете, что в протоколе КОРНИЛОВА Вы писали только то, что он показывал Вам сам. Вы лжете. В этом протоколе сплошной вымысел, Ваша фантазия. В протоколе Вы, например, записываете, что командир полка БАКАТОВ этому малограмотному рыбаку рассказывает весь состав контрреволюционной организации. Что ряд заговорщиков из лиц старшего комсостава полка, бывая на рыбалке у КОРНИЛОВА, также представляются ему как участники организации. Или, что этому рыбаку многие командиры, которые, якобы, являлись шпионами, передавали шпионские сведения для передачи их японской разведке. Этот же малограмотный рыбак в протоколе у Вас рассуждает о таких тактических вещах, как прорыв японцами укрепленной полосы и т. д. Вы сами видите, что это показания не КОРНИЛОВА, а что это Ваша фантазия, Ваш вымысел. Так это?

ОТВЕТ: Утверждаю, что показания я писал со слов КОРНИЛОВА.

ВОПРОС: Вам зачитывается показание оперуполномоченного КОРНЕВА: «После ареста группы командиров и кр-цев ПОМИНОВ созвал оперативное совещание, где давал установку писать в протоколах о планы измены – сдачи полка. Например, полк специально для измены рассредоточивается по батальонам таким образом, чтобы по определенному сигналу японцев вместе с повстанцами переходить на сторону японцев. Причем, в случае отказа красноармейцев от перехода на сторону японцев, повстанцы их немедленно уничтожают. Оружием повстанцев должен был снабдить нач. боепитания 101 полка ДУБОНОСОВ, а пом. командира полка САЗОНОВ снабжает повстанцев продуктами и обозом. В период измены ДУБОНОСОВ и САЗОНОВ взрывают склады. Такого рода вымышленные ПОМИНОВЫМ планы измены почти по шаблону писались в каждом протоколе допроса из данной группы. Я лично такой план вписал в протокол допроса ВЕСНОВСКОГО и ЯЦЕНОВА». Вы это тоже будете отрицать?

ОТВЕТ: Официальных указаний, чтобы вписывать планы измены в протоколы, я не давал. Я поручал только допрашивать арестованных об изменнических планах.

ВОПРОС: Допрашивали ли Вы САЗОНОВА?

ОТВЕТ: Допрашивал его оперуполномоченный САЗОНКИН, я принимал участие в его допросе.

ВОПРОС: Вам зачитываются показания САЗОНОВА, которые подтверждают полностью показания КОРНЕВА: «Практически восстание намечалось провести следующим образом. Участники шпионско-повстанческой организации ДУБОНОСОВ, я—САЗОНОВ, выдаем повстанцам оружие и боеприпасы со склада 101 полка, последние, вооружившись, поднимали восстание… На повстанцев возлагалась задача путем налета захватить 101 полк». Неужели Вы считаете возможным, чтобы «повстанцы» из села Новое, которых, судя даже по вымышленным Вами и работниками погранотряда данным, насчитывалось там 15-20 человек, могли захватить целый полк РККА?

ОТВЕТ: Показания эти я сомнению не подвергал, так как следствие только начиналось, и от арестованных было взято только по одному показанию.

ВОПРОС: На очной ставке с арестованными и позднее освобожденными ШАМКАЕВЫМ и НОСОВЫМ они Вас уличили в том, как Вы путем физических мер воздействия вынуждали у них вымышленные показания. Следствием установлено, что перед допросом ШАМКАЕВА и НОСОВА вы дали следователям указания провести по их показаниям всех в/служащих, проходящих по другим показаниям. Это Вы тоже будете отрицать?

ОТВЕТ: Категорически это отрицаю.

ВОПРОС: Вам зачитывается показание оперуполномоченного САЗОНКИНА: «Допрос ШАМКАЕВА был поручен мне и ЖАРКОВУ, а НОСОВА допрашивал КОРНЕВ. Перед допросом была дана установка на вскрытие шпионско-повстанческой организации, и чтобы все, на кого показали «рыбаки», прошли по показаниям. Ночью с 30/1У на 1/У-38 г. ПОМИНОВ брал к себе на допрос ШАМКАЕВА. Как он его допрашивал, не знаю, так как меня в кабинет он не пустил. После допроса ПОМИНОВЫМ ШАМКАЕВ стал давать показания и «называть» участников организации, почти всех, кто проходил по показания и КОРНИЛОВА, и остальных рыбаков». Вы давали такие установки и допрашивали лично сами ШАМКАЕВА?

ОТВЕТ: Таких указаний я не давал. Подтверждаю, что ШАМКАЕВА я допрашивал у себя в кабинете, ШАМКАЕВА привел ко мне в кабинет САЗОНКИН, и сам ушел выполнять другую работу - он шифровал телеграмму. Допрашивал ШАМКАЕВА я минут 30. После этого, когда возвратился САЗОНКИН, я снова передал ШАМКАЕВА ему. Показания ШАМКАЕВ стал давать уже перед утром.

ВОПРОС: Как докрашивались привезенные в Особдив из погранотряда 2 мая 1938 года арестованные колхозники - МОРО3ОВ, ПЕРЕСАДЬКО и др.?

ОТВЕТ: В допросах этих лиц я не участвовал. Приезжавшие из Хабаровска АЛЬТГАУЗЕН и ТОЛСТОКУЛАКОВ вместе с сотрудником погранотряда КРАСНОГОРОВЫМ и следователями Особдива САЗОНКИНЫМ, КОРНЕВЫМ, ЖАРКОВЫМ, КОЛДОВЫМ, ДАВЫДОВЫМ, БУНЦЕМ и ФАРЕНЮК производили очные ставки этих колхозников с в/служащими. Я видел, что очные ставки производились нормально, к тому же эти колхозники ранее в погранотряде все сознались.

ВОПРОС: Вы лжете. Вам зачитывается показание ЛЮБЧЕНКО: «Арестованный МОРОЗОВ Григорий мне в присутствии уполномоченного ОО Укрепрайона ВОЛКОВА заявлял, что когда его возили на допрос в Бабстово, его так избивали, что он дал вынужденные показания на командиров».

Вам также зачитывается показание оперуполномоченного ОО Укрепрайона ВОЛКОВА по этому вопросу: «5 или 6-го мая к нам в ОО доставили МОРОЗОВА. 20-го мая я по приказанию ГУСАРОВА его допрашивал по в/служащим. Я его спросил, кого он знает из в/служащих как участников повстанческой организации. Он ответил, что кроме тех, которых показал на допросе в погранотряде, да и тех он не знает, он не знает никого». Вот видите, чего стоят эти «признания», на которые Вы ссылаетесь, и как «нормально» проводились очные ставки?

ОТВЕТ: Мне это известно не было.

ВОПРОС: Вам зачитывается также показание оперуполномоченного САЗОНКИНА, который, судя по Вашим же показаниям, принимал участие в этих очных ставках: «1-го мая с группой арестованных жителей с. Новое в Особдив приезжали АЛЬТГАУЗЕН и ТОЛСТОКУЛАКОВ, которые и допрашивали их с целью получить выход на воинские части и штаб дивизии. Конечно, допросы велись с боем, особенно досталось ПЕРЕСАДЬКО - быв. пред. сельсовета с. Новое, которого допрашивал АЛЬТГАУЗЕН. Когда я вышел из своего кабинета на крики ПЕРЕСАДЬКО, АЛЬТГАУЗЕН, выйдя из кабинета, где он допрашивал, сказал, что он «стукает» ПЕРЕСДАНО за то, что он требовал записать в протокол уполномоченного ВАГИНА». Вы и этого не слышали, хотя были в том же здании?

ОТВЕТ: Понятия не имею об этом.

ВОПРОС: Выше вы показали, что в допросах этих лиц вы не участвовали. Зачем же тогда Вы доносили в Хабаровск о результатах допросов и этих очных ставок?

ОТВЕТ: АЛЬТГАУЗЕН возглавлял допросы всех арестованных по поручению ОО Фронта, он и доносил в Хабаровск о результатах допроса. Эту шифровку подписал и я как начальник Особдива.

ВОПРОС: 3-го июня в адрес ОСИНИНА Вы донесли, что Вами вскрыта шпионско-повстанческая организация под названием «Трудовая казачья крестьянская партия,  блокирующаяся с правотроцкистской организацией. Скажите, откуда взялось название организации «ТККП»?

ОТВЕТ: Это название организации взято из показаний арестованных, кто показал об этом первый - я не помню.

ВОПРОС: Вы лжете. Это название выдумано в Особдиве Вами. Вам зачитываются по этому вопросу показания оперуполномоченного ЖАРКОВА: «На совещании БУНЦ заявляет, что БАКУЛЕВ назвал себя участником шпионско-повстанческой организации «Трудовая Крестьянская Партия». ДАВЫДОВ дополнил - не трудовая крестьянская, а трудовая казачья крестьянская партия, так как здесь Амурские казаки. ПОМИНОВ за это ухватился, и дал оформление, мол, нужно оформлять допросы не как правотроцкистская организация, а шпионско-повстанческая организация «Трудовая Казачья крестьянская партия», сокращенно «ТККП». После этого кого бы не арестовывали, то добивались признания как участника «ТККП».

Зачитывается показание оперуполномоченного КОЛДОВА: «В конце оперсовещания бывший оперуполномоченный ОО ДАВЫДОВ внес поправку, что вскрытая погранотрядом организация называется не «ТКП», а «ТККП», поскольку местное население в основном Амурские казаки. После этого совещания и родилась «ТККП».

Зачитывается показание оперуполномоченного САЗОНКИНА: «БУНЦ в конце совещания сказал, что по показаниям арестованных погранотрядом жителей сел установлено, что среди них существовала «ТКП». Уполномоченный ДАВЫДОВ добавил - «и казачья». ПОМИНОВ здесь же дает установку писать в протоколах «шпионско-повстанческая организация «ТККП», что и писалось лично уполномоченными, т. к. ни один допрашиваемый «ТККП» не называли, и «ТККП» записывалась следователями, или же ПОМИНОВЫМ при корректировке протоколов».

Зачитывается показание оперуполномоченного ФАРЕНЮКА: «ПОМИНОВ давал установку на оперсовещании, что «ТККП» блокируется с заговором в армии, а поэтому все арестованные в/служащие должны давать показания как участники антисоветского заговора «ТККП». Видите, как Вы изобличаетесь во лжи и в том, что название «ТККП» выдуманное, а не реально существующее?

ОТВЕТ: Этого я не признаю. На совещании ДАВЫДОВ действительно добавил, что вскрытая организация называется «Трудовая казачья крестьянская партия». В это время ДАВЫДОВ допрашивал арестованного ПОПОВА или ЕРМАКОВА, один из которых, якобы, назвал «ТККП». Я дал указание следователям допросить арестованных и точно установить название организации.

ВОПРОС: А почему Вы сами немедленно не перепроверили этого. Почему лично сами не допросили первого арестованного, который, судя по вашим показаниям, якобы назвал «ТККП»?

ОТВЕТ: Я участвовал в допросе арестованных БАКУЛЕВА, ПОТКИНА, САЗОНОВА, ДУБОНОСОВА и др., которые подтвердили мне название организации «ТККП».

ВОПРОС: Вы, чтобы легче втянуть весь оперсостав в проводимую Вами провокационную работу, ориентировали их о том, что дивизия засорена заговорщиками, повстанцами, шпионами. Заявляли, что штаб дивизии является подштабом японского генерального штаба. Вы это признаете?

ОТВЕТ: О засоренности дивизии я говорил в связи с тем, что в штабе дивизии было разоблачено 16 заговорщиков. Я в кругу следователей говорил, что «штаб дивизии фактически является подштабом японского генштаба».

ВОПРОС: Вам зачитывается показание оперуполномоченного САЗОНКИНА: «Вражеская работа ПОМИНОВА началось с первого совещания, проведенного им, на котором ПОМИНОВ прямо обвинял всех работников Особого Отдела дивизии в саботаже, прм этом заявил: «Разве это работа, когда все вы за 1937 год арестовали 105 человек, а сколько из них заговорщиков - очень мало. Мы должны в ближайшие 1-1, 5 месяца арестовать 500-600 человек заговорщиков, в основном командно-начальствующего состава, вот тогда будет видна работа ОО, и выполнено указание ЛЮШКОВА о разгроме заговорщиков. А для этого надо, чтобы каждый участник заговора в своих показания называл не менее 40-50 новых участников заговора».

Вам зачитывается показание оперуполномоченного ЖАРКОВА: «На этом совещании, а потом неоднократно и позже ПОМИНОВ заявлял, что в дивизии сидит заговорщик на заговорщике, а штаб дивизии есть подштаб японского генштаба». Вы это тоже будете отрицать?

ОТВЕТ: Это ложь.

ВОПРОС: Вам зачитывается показание оперуполномоченного ЖАРКОВА: «ПОМИНОВ отвечал - ФРОЛОВ должен дать не меньше 30 участников. Нужно зачистить дела-формуляры». 

Зачитывается показание оперуполномоченного КОЛДОВА: «При допросах ПОМИНОВЫМ ведущему следствие устанавливалась «норма», сколько тот или иной арестованный должен дать участников, смотря по его занимаемой должности».

Вам зачитывается показание оперуполномоченного САЗОНКИНА: «С первых дней допроса арестованных повстанцев ПОМИНОВЫМ давались контрольные цифры - количество проходящих по показаниям от 10 до 40-50 «заговорщиков», в зависимости от занимаемого положения арестованного. Мне при допросе САЗОНОВА ПОМИНОВЫМ было сказано: «САЗОНОВ должен дать не менее 40 «заговорщиков», и обязательно из штадива должны пройти МАКСИМОВ, БЛАЩУК, РУДЗИТ, СОКОЛОВ, так, как он выразился: «Весь штаб дивизии - заговорщики, и это не штаб, а подштаб генерального штаба японской армии».

Вам зачитывается показание оперуполномоченного САЗОНКИНА: «ПОМИНОВ дал указание - если в протоколе не будет шпионской деятельности, участника организации и плана сдачи дивизии японцам, то такие протоколы не носить ему на просмотр». Вы это тоже не подтверждаете?

ОТВЕТ: Все это ложь. Перед допросом арестованных я следователям давал задание обстоятельно допрашивать в объеме имевшихся материалов с тем, чтобы не был укрыт ни один заговорщик, и чтобы не был назван ни один невинный. Об этом я предупреждал и на оперсовещаниях.

ВОПРОС: Вы лично сами требовали от арестованных, чтобы они называли в своих показаниях невинных лиц. По этому вопросу Вам зачитывается показание оперуполномоченного ЖАРКОВА: «Лично ПОМИНОВ, придя в кабинет КОРНЕВА, который тогда допрашивал ЛУБНЕВСКОГО, заявил: «Называй, не бойся, от командования дивизии до красноармейца - не ошибешься».

Вам зачитывается показание оперуполномоченного КОРНЕВА: «ПОМИНОВ заявил ЛУБНЕВСКОМУ: «Называй, ЛУБНЕВСКИЙ, всех самых больших начальников в дивизии и до последнего красноармейца - все сволочи, не ошибешься». Это прямая клевета на Красную Армию, прямая ориентировка на дискредитацию и избиение кадров РККА. Так ли это по-вашему?

ОТВЕТ: В кабинет КОРНЕВА при допросе ЛУБНЕВСКОГО я заходил, когда он давал показания о принадлежности к «ПОВ». Я с ним обстоятельно поговорил по этому вопросу, и он назвал 5-6 фамилий совершенно нам не известных. Когда я убедился, что он дает обстоятельные показания, я поручил КОРНЕВУ, чтобы он оформил протокол. Второй период, когда ЛУБНЕВСКИЙ стал давать показания о причастности к правотроцкистской организации, я при его допросе не присутствовал. Разговоров, о которых показывают КОРНЕВ и ЖАРКОВ, не было.

ВОПРОС: Вам зачитываются показания оперуполномоченного ФАРЕНЮК, из которых видно, как Вы лично сами вписывали в протоколы невиновных в/служащих, и такие же указания давали и следователю: «В июле месяце ПОМИНОВ давал установку оперсоставу на совещании о том, чтобы арестованного ЛЕВИНА провести по показаниям всех арестованных… При допросе ШИПОВА ПОМИНОВ упорно требовал от меня провести по его показаниям его жену как диверсантку, а затем арестовать ее…

Лично мне ПОМИНОВ давал установку при допросе красноармейца ЧЕРНОВА любым путем прорваться, как он выражался, на военкома и командира 20 сап. батальона… При допросе мной быв. военкома 20 сапбата ПОМИНОВ давал установку провести по его показаниям начштаба батальона КУРЕНКОВА и командира 3 мотопонтонного полка СОКОЛОВА, компрометирующими материалами на которого я не располагал». Таких показаний, которые изобличают вас в том, что Вы систематически фальсифицировали показания арестованных, вписывали в них совершенно невинных в/служащих, можно привести огромное количество. Это вы признаете?

ОТВЕТ: Нет, не признаю. Таких указаний я не давал.

ВОПРОС: Вы будете, наверное, также отрицать, что в показаниях музыканта ТЕРЕХИНА, 1918 года рождения, воспитанника детдома и с 1929 года в РККА, у Вас записаны как заговорщики лица старшего начсостава, с которыми даже были устроены ему очные ставки.

ОТВЕТ: Такие глупые показания от ТЕРЕХИНА взял оперуполномоченный ФАРЕНЮК без какого-либо моего инструктажа.

ВОПРОС: В протоколе допроса арестованного САЗОНОВА записано, что через быв. белогвардейца в 1938 году от японского генштаба были получены указания о переносе дня восстания. Проверкой установлено, что УШАКОВ еще в 1936 году убит.

В протоколе у Вас проходит житель закордона МАЛОВИНСКИЙ, который, якобы, систематически до самого последнего времени приходил со шпионскими целями на нашу территорию. Проверкой в погранотряде установлено, что МАЛОВИНСКИЙ служил сторожем таможни в Лахасусу, но ввиду престарелого возраста на Советской территории не бывал. Дайте объяснения по этому вопросу?

ОТВЕТ: САЗОНОВА допрашивал следователь СОРОКИН. Показания САЗОНОВА в части УШАКОВА и МАЛОВИНСКОГО я через погранотряд не проверял, не успел. О МАЛОВИНСКОМ мне позже стало от работников погранотряда известно, что такой человек есть и ходил ранее на нашу территорию.

ВОПРОС: Вам зачитываются показания оперуполномоченного ЖАРКОВА: «ПОМИНОВ на уволенных из армии командиров, не имеющих достаточного материала для их ареста, предлагал писать фиктивные справки об их участии в заговоре и арестовывать. Когда я ПОМИНОВУ заявил, что на уволенного из армии КРАМЕРА показаний о его участии в заговоре нет, ПОМИНОВ мне предложил писать справку, а показания потом будут. Я отказался, тогда ПОМИНОВ мне предложил дать ему подписку, что КРАМЕР не враг».

Зачитывается показание САЗОНКИНА: «ПОМИНОВ, не имея совершенно на уволенных из армии командиров материалов, изобличающих их в принадлежности к военному заговору, приказывал писать постановления о привлечении их к ответственности как заговорщиков».

Зачитывается показание оперуполномоченного КОЛДОВА: «ПОМИНОВ дал установку: всех уволенных из армии мы должны арестовывать как заговорщиков, хотя бы и не было санкции Особого отдела Армии. «Мне ЛЮШКОВ и ОСИНИН всегда санкционируют мои аресты». Это Вы признаете?

ОТВЕТ: Этого не было, и я это не признаю.

ВОПРОС: Вы изобличаетесь в том, что клеветали на жен начсостава и требовали создать «женскую правотроцкистскую организацию». По этому вопросу Вам зачитываются показания оперуполномоченного КОРНЕВА: «ПОМИНОВ мне заявил, что жены командиров все шпионки, они разлагают командиров, заражают венерическими болезнями. В июле ПОМИНОВ пытался искусственно создать женскую правотроцкистскую организацию. О создании этой женской правотроцкистской организации он давал установку лично мне». Так это было?

ОТВЕТ: Это клевета. КОРНЕВ однажды мне доложил, что жена застрелившегося быв. нач. политотдела дивизии ЛАНДЕ-ДОВГАЛЬ, дает показания ему о своей принадлежности к правотроцкистской организации. Я в присутствии КОРНЕВА лично ее передопросил, которая мне призналась, что она это хотела соврать, чтобы скорее закончили ее дело. Я предложил КОРНЕВУ отправить ее в камеру и больше она не вызывалась.

ВОПРОС: Вы уличаетесь во лжи показаниями ПСКОВЫТИНА, который показал следующее: «Мы были подчинены непосредственно ПОМИНОВУ. ПОМИНОВ называл фамилию подлежащего допросу, говорил, что это враг, берите его в активный допрос. Например, ДОВГАЛЬ-ЛАНДЭ должна была сознаться как руководитель женской правотроцкистской организации. Я и ВОДОЛАЗСКИЙ допрашивали ДОВГАЛЬ-ЛАНДЭ 3-е суток, но она не созналась. Во время ее допроса заходил ПОМИНОВ, и когда увидел, что она сидит на стуле, приказал встать ей, и стоя ее допрашивать, что и делалось». Это Вы тоже отрицаете?

ОТВЕТ: ПСКОВЫТИН в допросе ДОВГАЛЬ участвовал, но допрашивал ее КОРНЕВ. ПСКОВЫТИН оставался с нею, когда уходил КОРНЕВ. Допрашивалась она сутки. Указаний ПСКОВЫТИНУ я никаких не давал.

ВОПРОС: Вы терроризировали у себя в аппарате тех работников-следователей, которые проявляли сомнение или в правильности применяемых методов следствия, или во вражеской деятельности отдельных в/служащих. Вы это признаете?

ОТВЕТ: Категорически отрицаю это.

ВОПРОС: Вам зачитываются показания сотрудников Особого отделения. Оперуполномоченного БУНЦ: «ПОМИНОВЫМ было заявлено — если кто из сотрудников оперативные показатели дает не по его требованию, тот выкладывай партийный билет, и он откомандирует к ЛЮШКОВУ с его аттестацией, и тут комментировал, что это будет значить саботаж, или, говоря на чекистском языке, ст. 58-1 «б» - расстрел».

Оперуполномоченного ФАРЕНЮК: «ПОМИНОВ уполномоченных, высказывающих свое мнение, в особенности по вопросам следствия, одергивает, заявляя: «Вы встаете на антипартийный путь, вы защищаете врагов».

Оперуполномоченного ЖАРКОВА: «На оперсовещании ПОМИНОВ заявил: «Посылая меня в Особдив, комиссар сказал, что в аппарате Особдива саботаж, и дал мне право через 1, 5 месяца дать заключение о каждом работнике». Разве это не терроризирование сотрудников?

ВОПРОС: Вы сразу по приезде в Особдив дали указания, что все арестованные в ОО должны быть или заговорщиками-повстанцами, или шпионами. По этому вопросу Вам зачитывается показание оперуполномоченного КОЛДОВА: «Как только ПОМИНОВ прибыл на оперсовещание, он заявил, что в Особом отделе все следственные дела должны быть по статьям 58-1, 58-2, 58-8, 58-9 и 58-11, а контрреволюционных группировок быть не может, все арестованные по группировкам должны быть заговорщиками. После чего взял списки арестованных, и переквалифицировал их как заговорщиков, после чего раздал оперработникам и предложил вести их, как заговорщиков». Это вы признаете? Такие установки давали?

ОТРЕТ: Это выдумка КОЛДОВА. Я по ознакомлению со следственными делами дал указания кого и как допрашивать, а кто кем окажется - это покажет следствие.

ВОПРОС: В этом Вы изобличаетесь не только показаниями сотрудников, но и своими донесениями по следделам.

В докладной записке на имя ЛЮШКОВА и ОСИНИНА Вы 11-го мая 1938 года доносили, что приняли от ГРУЗИНСКОГО след. дел на 72 человека, из которых заговорщиков было - 17 человек. После ознакомления же с делами, арестованных Вы разбили по категориям, наметили вести следствие по линиям, причем заговорщиков вместо 17 оказалось уже 31 чел.

В докладной записке на имя ОСИНИНА от 22 июня Вы писали, что «на днях я Вам вышлю больше двух десятков постановлений о переквалификации ст. обвинений с 58-10 и 58-7 на статьи 58-1, 58-7, 58-8, 58-11».

Вы и это будете отрицать?

ОТВЕТ: Это правильно. Я привез из Особого отдела Фронта много показаний на заговорщиков, и когда ознакомился со следственными делами, я установил, что следствие велось неправильно, и отдельно каждому следователю давал указания, по какой линии вести дальше дела. Из числа принятых мною следственных дел к 11 мая было закончено дел на заговорщиков - 4, по ст. ст. 58-10, 58-7 и 193-17 - 20 чел, и 3 человека по согласовании с прокурором были освобождены. Эту работу по следствию я и изложил в своей докладной записке.

ВОПРОС: Во всех своих докладных записках в адрес ЛЮШКОВА и ОСИНИНА Вы, донося о вскрытых Вами новых организациях, новых заговорщиках, повстанцах, требовали все новых и новых санкций на аресты.

Так, в докладной записке от 22 июня Вы пишете: «Большое количество врагов продолжают подрывать устои Сов. власти и пока находятся на свободе. Я главный удар направил на вскрытие заговорщиков, и, как вам известно, вскрыта широко разветвленная шпионско-повстанческая организация, именуемая «Трудовой казачьей крестьянской партией». Только за 2 месяца, т. е. с 19/1У по 19/У1, арестовано заговорщиков, повстанцев и шпионов 34 чел., из них созналось 31 человек.

«Выявлена большая группа медицинских работников-заговорщиков, которые не один десяток умертвили бойцов и детей начсостава, и я обязан немедленно их арестовать».

В докладной записке от 3 июня Вы истерически кричите о том, что: «Результаты есть, результаты получены значительные, протоколы под руками, новых повстанцев нужно арестовывать. Вновь арестованные повстанцы, заговорщики дали много новых людей, дали выход на штаб дивизии, нужно порядочное количество вновь арестовывать».

Там же Вы пишете:«Моя вина, что я не информирую Особый отдел… Я нуждаюсь не только в указаниях, но главным образом в новых санкциях на аресты». «В частях дивизии будет полностью вскрыта повстанческая организация, готовившая сдачу дивизии самураям». Вы видите, что Вами руководило в работе стремление арестовывать и арестовывать как можно больше людей?

ОТВЕТ: Мною руководила исключительно борьба с врагами.

ВОПРОС: Помимо запросов санкций на аресты, Вы большое количество арестов на основе полученных полномочий от ЛЮШКОВА произвели, не дожидаясь разрешения Особого отдела. Согласно приложенной к делу справки, на 25 августа Особдивом без санкции было арестовано из начсостава – 25, и кр-цев и мл. командиров - 33. Это Вы признаете?

ОТВЕТ: Нет, не признаю. Без санкции Управления НКВД было арестовано из числа уволенных из армии не более 15 командиров, на которых имелись серьезные компрометирующие материалы. Утверждаю, что эти аресты были произведены не при ЛЮШКОВЕ, а при ГОРБАЧЕ.

Кроме того, я не беру на себя ответственности по этой справке, составленной на 25 августа, так как я выехал из Особдива и фактически был отстранен от должности нач. ОО 12 августа.

ВОПРОС: Помимо физических методов воздействия при допросах, вы и тюрьму превратили в один из таких извращенных недопустимых методов. Вам зачитывается показание начальника арестного помещения ПСКОВЫТИНА: «По указанию ПОМИНОВА все окна арестного помещения в конце мая - начале июня были забиты, что создавало большую спертость воздуха. Мне летом приходилось отливать водой ежедневно по 20-30 человек. Был случай смерти арестованного КАМЕНСКОГО.

В июне или июле ПОМИНОВ запретил арестованным камеры № 3 выдавать хлеб в течение 3-х суток. Что было сделано. Там было арестованных человек сорок. Ранней весной Поминов приказывал садить в камеру-карцер людей в нижнем белье». Это Вы признаете?

ОТВЕТ: Окна в арестном помещении не забивались. Наоборот, я приказал вместо существовавших до меня железных козырьков на окнах сделать фанерные. В жаркие дни окна были выставлены совершенно.

Смерть КАМЕНСКОГО произошла от неизвестных причин - внутренности его были направлены на исследование в Хабаровск, ничего установлено в части причин не было. По этому делу было произведено расследование, но причин не установлено.

В нижнем белье в карцер никого не сажали. Камера № 3 действительно была посажена на 3 суток на карцерный паек за то, что кто-то из арестованных этой камеры бросил палкой в ПСКОВЫТИНА. Камере в течение 3-х суток не выдавался хлеб.

<....> ВОПРОС: Вам зачитываются показания сотрудников ОО, из которых видно, что Вы систематически восхваляли врагов народа ЛЮШКОВА, ОСИНИНА и ХОРОШИЛКИНА.

Показание оперуполномоченного ЖАРКОВА: «ПОМИНОВ всегда восхвалял как хороших сродственников ХОРОШИЛКИНА, ОСИНИНА и ЛЮШКОВА, по их методу и ОН - ПОМИНОВ - работал, и их метод в следствии передает всему оперсоставу. Этот метод заключался в том, что, как он говорил, нужно националов колоть в 4 часа, а не националов - течение одной ночи, как он говорил, у нас делалось в Хабаровске по установке ЛЮШКОВА, ОСИНИНА и ХОРОШИЛКИНА».

Показание оперуполномоченного КОЛДОВА: «ПОМИНОВ всегда говорил: посылая его в Особ. отделение 34 дивизии, ЛЮШКОВ разрешил ему производить аресты командиров, не дожидаясь санкции Особого отдела Фронта».

Показания оперуполномоченного КОРНЕВА: «ПОМИНОВ ставил вопрос приступить к оперработе по-новому, как он выражался, «по-люшковски», так как люшковцы являются преданными чекистами, к числу которых он причислял и себя». Так это было?

ОТВЕТ: Это я категорически отрицаю.

ВОПРОС: Вам предъявляется обнаруженная в вашей полевой сумке «Сводная ведомость о количестве арестованных ОО УГБ 34 дивизии с 16/1У по 13/УШ 1938 года». Эта ведомость принадлежит Вам?

ОТВЕТ: Я приехал в Хабаровск с докладом ГОРБАЧУ, и эта ведомость была специально составлена для доклада.

ВОПРОС: Она отображает количество арестованных и приведенных к сознаю за период Вашей работы в ОО 34 дивизии?

ОТВЕТ: Да.

ВОПРОС: Из этой таблицы видно, что Вами за 4 месяца работы в Особом отделении разоблачено заговорщиков, повстанцев, шпионов и др. врагов - 210 человек, из них арестовано - 120 чел., приведено к сознанию всего - 76 человек. Кроме того, запрошено санкций на аресты еще на 88 чел. Так, да?

ОТВЕТ: Да, цифры эти правильные.

ВОПРОС: Из числа этих арестованных Вами военнослужащих на сегодня свыше 90 человек, как ни в чем не виновных и не причастных ни к какой антисоветской деятельности, освобождено. А ведь на всех них Вами были собраны, хотя и фальсифицированные, но изобличающие показания. Большинство из них были Вами «приведены к сознанию» в том, что, якобы, они участвовали в шпионско-повстанческой организации, что, как Вам известно, карается высшей мерой названия. Скажите, разве это не террористическая деятельность, направленная на физическое уничтожение честных, преданных Сов. власти военнослужащих РККА?

ОТВЕТ: Никаких террористических целей я перед собой не ставил и не проводил.

ВОПРОС: В чем же Вы признаете себя виновным?

ОТВЕТ: Признаю себя виновным в том, что безответственно относился к следственной работе. Полностью эту работу передоверил аппарату Особдива, большое количество арестованных сам лично не передопрашивал. Материалы, представляемые мне оперсоставом на истребование санкций на аресты, лично не проверял, что и привело, как установлено следствием, к аресту невиновных людей.

Прошу записать, что положение усугублялось тем, что в июле дивизию постигло стихийное бедствие – наводнение. А потом приведение дивизии в боеготовность в связи с Хасанскими событиями заставили меня заняться совместно с командованием дивизии проверкой частей дивизии, так как ряд частей вышли к границе.

Усугубляется это все также и тем, что я глубоко верил материалам погранотряда, что им вскрыта эта шпионско-повстанческая организация, по которой проходили военнослужащие дивизии.

Прошу еще записать, произведенная частичная проверка следственной работы приезжавшим из Хабаровска РУДАКОВЫМ, его записка в мой адрес, что я взял правильную линию на вскрытие «ТККП», а затем официальная ориентировка Особого отдела фронта, привели к тому, что я не стал критически проверять материалов о «ТККП».

Работа бригады в составе АЛЬТГАУЗЕНА, ТОЛСТОКУЛАКОВА и КРАСНОГОРОВА, которые приезжали и провели очные ставки, еще больше укрепила у меня веру в существование этой организации.

<....> Показания записаны с моих слов верно, мне прочитаны - ПОМИНОВ. 


Начальник Особого отделения ГУГБ НКВД 34-й СД (с. Бабстово) мл. лейтенант госбезопасности ПОМИНОВ Петр Ильич был арестован 29.08.1938 ОО НКВД 2-й ОКА. Осужден 24.06.1940 Военным трибуналом войск НКВД Хабаровского округа по ст. 193-17 п. «б» УК РСФСР за производство незаконных массовых арестов жителей Ленинского района ЕАО и военнослужащих 34-й стрелковой дивизии, создание на них провокационных обвинений в контрреволюционной деятельности, фальсификацию протоколов допросов арестованных и применение извращенных методов при ведении следствия - к лишению присвоенного звания и ВМН. Расстрелян 28.11.1940 в Хабаровске. Не реабилитирован. 


Новинский колхоз «Трудовая Нива» - 1938 г.

Отправлено 18 мая 2019 г., 02:26 пользователем Редактор   [ обновлено 4 сент. 2019 г., 05:35 ]


Колхоз «Трудовая Нива» в с. Новое Ленинского района ЕАО организовался в 1929 году, охватывает 27 дворов. 

В 1937 году колхоз держал передовое Красное Знамя как передовой в районе. 

В 1936 году колхоз имел заработок на трудодень 3,8 кгр. хлеба и один рубль деньгами, в 1937 году – 5 клгр.хлеба и 1 р.96 к. деньгами. Посевная площадь из года в год увеличивалась и по плану 1939 года посевная площадь доходит до 595 га, основные средства колхоза составляли: в 1936 г. – 27800 руб. и 1937 г. – 53500 руб. 

Колхоз имеет 16 голов дойных коров. В индивидуальном пользовании в основном имеют по корове и другой скот каждый колхозник.

В 1938 году вследствие ареста органами НКВД большинства взрослых мужчин колхоза, т.е. из 32 взрослых мужчин колхоза было арестовано 29 человек, доходность колхоза на трудодень резко пала. В 1938 году на трудодень пришлось только 1,7 к/г., большое количество урожая погибло неубранным на поле, отчего колхоз понес громадный убыток, составляющий 60% к общей сумме дохода колхоза в 1938 году, вследствие недостатка рабочей силы. 

Председатель Новинского с/с /РУКИН/

Председатель колхоза «Трудовая Нива» /МУРАТОВ/ 

В 1938 ГОДУ ПО КОЛХОЗУ «ТРУДОВАЯ НИВА»

БЫЛИ АРЕСТОВАНЫ КОЛХОЗНИКИ: 


1. Безъязыков Калин (Камет) Николаевич, 1909, урожен. с. Нового, русский. Бригадир полеводческой бригады колхоза «Трудовая нива». Арест. 15.04.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за недоказанностью обвинения, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

2. Безъязыков Николай Дмитриевич, 1900, урожен. с. Нового, русский. Колхозник. Арест. 15.04.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за недоказанностью обвинения, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

3. Безъязыков Семен Дмитриевич, 1903, урожен. с. Нового, русский. Рыбак. Арест. 12.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а, 58-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за недоказанностью обвинения, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

4. Дружинин Спиридон Сергеевич, 1894, урожен. с. Венцелева, русский. Колхозник. Арест. 25.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-2-7-9-10-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 05.06.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-90395.

5. Исаев Иван Кириллович, 1908, урожен. с. Кукелева, русский. Тракторист колхоза «Трудовая нива». Арест. 01.05.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-7-2-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

6. Коноплев Михаил Ефимович, 1912, урожен. с. Нового, русский. Бригадир тракторной бригады. Арест. 15.04.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

7. Корнилов Анисим Иванович, 1888, урожен. с. Нового, русский. Председатель колхоза «Трудовая нива». Арест. 13.04.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

8. Корнилов Афанасий Афанасьевич, 1893, урожен. с. Нового, русский. Председатель колхоза «Трудовая нива». Арест. 04.08.1938 УНКВД по ЕАО. Осужд. 14.10.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-10 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 27.10.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 13.07.1989 прокуратурой Хабаровского края по Указу ПВС СССР от 16.01.1989. Архивное дело П-95748.

9. Корнилов Дмитрий Анисимович, 1918, урожен. с. Нового, русский. Колхозник. Арест. 19.07.1938 УНКВД по ЕАО. Осужд. 10.08.1938 тройкой при УНКВД по ДВК на 5 лет ИТЛ. Реабилитирован 18.05.1956 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-80416.

10. Корнилов Яков Иванович, 1895, урожен. с. Нового, русский. Колхозник. Арест. 25.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-2-7-9-10-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 05.06.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-90395.

11. Куликов Афанасий Маркович, 1908, урожен. с. Нового, русский. Колхозник. Арест. 15.04.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

12. Лесков Степан Галактионович, 1913, урожен. с. Нового, русский. Колхозник. Арест. 15.04.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

13. Пельменев Георгий Лукич, 1906, урожен. с. Нового, русский. Колхозник. Арест. 17.11.1937 УНКВД по ЕАО. Осужд. 31.12.1937 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-10 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 29.01.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 11.10.1957 облсудом ЕАО за недоказанностью обвинения. Архивное дело П-90152.

14. Пересадько Алексей Андреевич, 1903, урожен. Харьковской губ., русский. Председатель колхоза «Трудовая нива». Арест. 28.10.1930 70-м Хабаровским погранотрядом ОГПУ. Осужд. 19.05.1931 тройкой при ПП ОГПУ по ДВК по ст. 58-10 УК РСФСР на 3 года ИТЛ условно. Арестован повторно 27.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 03.05.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления. Реабилитирован 28.07.1989 прокуратурой Хабаровского края по Указу ПВС СССР от 16.01.1989. Архивные дела: П-94172, П-81923.

15. Пересадько Иван Андреевич, 1917, урожен. с. Нового, русский. Счетовод колхоза «Трудовая нива». Арест. 01.05.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

16. Подойницын Георгий Андреевич, 1900, урожен. с. Нового, русский. Конюх колхоза. Арест. 19.07.1938 УНКВД по ЕАО. Осужд. 10.08.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. ст. 58-1а, 58-11, 58-7, 58-4 УК РСФСР на 20 лет ИТЛ. Реабилитирован 18.05.1956 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-80416.

17. Пьянников Иван Петрович, 1880, урожен. с. Кукелева, русский. Сторож школы. Арест. 11.08.1938 УНКВД по ЕАО по ст. 58-10 УК РСФСР. 23.04.1939 уголовное дело прекращено за недоказанностью обвинения. Реабилитирован 28.06.2001 прокуратурой Омской обл. по Закону РСФСР от 18.10.1991. Архивное дело П-85567.

18. Раздобреев Николай Ульянович, 1906-1908, урожен. с. Нового, русский. Тракторист колхоза «Трудовая нива». Арест. 25.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за недоказанностью обвинения, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

19. Секисов Тимофей Алексеевич, 1920, урожен. с. Нового, русский. Колхозник. Арест. 15.04.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

20. Филиппов Алексей Григорьевич, 1897, урожен. с. Нового, русский. Кузнец колхоза «Трудовая нива». Арест. 18.11.1937 УНКВД по ЕАО. Осужд. 31.12.1937 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-1а-10 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 29.01.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 06.03.1958 облсудом ЕАО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-92463.

21. Фунтусов Василий Иннокентьевич, 1916, урожен. с. Нового, русский. Тракторист колхоза «Трудовая нива». Арест. 15.04.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

22. Фунтусов Михаил Иннокентьевич, 1908, урожен. с. Нового, русский. Колхозник. Арест. 15.04.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

23. Фунтусов Родион Иннокентьевич, 1910, урожен. с. Нового, русский. Бригадир тракторной бригады колхоза «Трудовая нива». Арест. 15.04.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

24. Фунтусов Роман Иннокентьевич, 1903, урожен. с. Нового, русский. Ветеринарный санитар колхоза «Трудовая нива». Арест. 19.07.1938 УНКВД по ЕАО. Осужд. 10.08.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-10-11 УК РСФСР на 10 лет ИТЛ. Реабилитирован 18.05.1956 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-80416.

25. Фунтусов Федор Галактионович, 1889, урожен. с. Нового, русский. Секретарь сельсовета. Арест. 19.07.1938 УНКВД по ЕАО. Осужд. 10.08.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-1а-4-7-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 20.09.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 18.05.1956 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-80416.

26. Фунтусов Яков Галактионович, 1880, урожен. с. Нового, русский. Зав. складом колхоза «Трудовая нива». Арест. 15.04.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

27. Чернецкий Кирилл Мефодьевич (Нефедович), 1889, урожен. с. Нового, русский. Конюх колхоза «Трудовая нива». Арест. 25.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-2-7-9-10-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 05.06.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-90395.

28. Швалов Николай Иванович, 1906, урожен. с. Дежнёва, русский. Тракторист колхоза «Трудовая нива». Арест. 15.04.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за недоказанностью обвинения, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

Кукелевский колхоз «Путь Ленина» - 1938 г.

Отправлено 18 мая 2019 г., 01:52 пользователем Редактор   [ обновлено 4 сент. 2019 г., 05:22 ]


Колхоз «Путь Ленина» в с. Кукелево Ленинского района ЕАО организовался в 1930 году. До 1938 года колхоз объединял 52 хозяйства, а сейчас колхоз объединяет 65 хозяйств. В ноябре м-це 1938 г. вступили в колхоз сродники уволенного из РККА кр-ца ДОЛЖЕНКО Ивана Даниловича 11 семей. 

Колхоз имеет СТФ 59 голов, МТФ – 73 головы. В 1937 году в колхозе «Путь Ленина» посевная площадь составляла 1065 га. Заработок на трудодень колхозников 4 кг зерна и 54 коп. денег. Основной фонд средств колхоза на 1.1.-38 г. составлял 157264 рубля. Стоимость основных средств за последние два года возросла более чем в два раза. Колхоз «Путь Ленина» считался передовым колхозом в районе. 

В 1938 году посевная площадь колхоза составляет всего 1100 га. Тягловая сила колхоза пять быков (волов) и одна полуторатонная автомашина. Имеющиеся лошади в колхозе 79 голов находятся в анемийном хозяйстве, в результате колхоз ощущает большую потребность в тягловой силе. Сейчас работает из Ленинской МТС 12 тракторов в счет натур-оплаты, исходя из этого стоимость трудодня в текущем году резко уменьшится. 

Уборка урожая в 1938 году проходила крайне плохо, ощущалась потребность рабочей силы (людей), поэтому тяжелые работы выполняли женщины. В летний период 1938 года арестовано 54 колхозника, в результате хлеб убран с большими потерями до 30% всего урожая.

Материальное положение колхозников резко ухудшилось, а также и в целом колхоза «Путь Ленина», например: в колхозе возросли большие суммы задолженности за работу трактористов и автомашин, поэтому колхоз и сейчас имеет задолженность Ленинской автоколонне 8000 руб. и 18000 руб. Ленинской МТС, также за ссуду госбанку 31000 руб.

Основные причины, послужившие потере – арест колхозников, отчего затянулись сроки уборки урожая и второе – отсутствие лошадей, которые сейчас находятся в анемхозяйстве.

Таким образом, в 1938 году трудодень колхозника обошелся в 3 кг, при том денег совершенно ни одной копейки. Необходимо учесть, что урожай в 1938 году был неплохой. При своевременной уборке материальное положение колхоза и колхозников безусловно было бы лучше.

Материальное положение колхозников колхоза «Путь Ленина» характеризуется следующим. Коров имеет каждый колхозник, кроме переселенцев, т.е. вновь вступивших в колхоз, также мелкий скот: свиньи, куры и у некоторых имеются подростки рогатого скота. Хлебом обеспечены все. Ощущается недостаток по причине отсутствия тягловой силы, в разработке зерна на муку, поэтому 50% колхозников хлеб покупают в сельПО за наличный расчет. Мельница есть самая близкая по расстоянию это в с. Ленинское – расстояние 10 клм., доставить нет средств. 

 

Председатель Новинского с/с /Кремлев/

Председат. Колхоза «Путь Ленина» /Рогалев/

1939 г. 

СПИСОК АРЕСТОВАННЫХ КОЛХОЗНИКОВ 

ПО КОЛХОЗУ «ПУТЬ ЛЕНИНА»: 

1.      Авдеев Григорий Иванович, 1891, урожен. с. Кукелева, русский. Шофер. Арест. 26.01.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. ст. 58-2, 58-7-9-10-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 05.06.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-90395.

2.      Авдеев Меркурий Иванович, 1904, урожен. с. Кукелева, русский. Безработный. Арест. 08.02.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.05.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-10 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 07.06.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-82481.

3.  Авралев Петр Михайлович, 1908, урожен. Оренбургской губ., русский. Кладовщик 102-го стрелкового полка. Арест. 10.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. ст. 58-2, 58-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 29.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 07.06.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-82481.

4.      Белокрылов Егор Гаврилович, 1907, урожен. с. Кукелева, русский. Колхозник. Арест. 07.02.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а, 58-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за недоказанностью обвинения, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

5.     Белокрылов Иван Гаврилович, 1911, урожен. с. Кукелева, русский. Тракторист колхоза «Путь Ленина». Арест. 19.07.1938 Блюхеровским РО УНКВД по ЕАО. Осужд. 10.08.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-2-11 УК РСФСР на 10 лет ИТЛ. Реабилитирован 14.08.1959 облсудом ЕАО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-82016.

6.      Белоносов Александр Васильевич (Власович), 1906, урожен. с. Кукелева, русский. Колхозник. Арест. 01.05.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

7.      Белоносов Роман (Иван) Власович, 1910, урожен. с. Кукелева, русский. Тракторист колхоза «Путь Ленина». Арест. 19.07.1938 Блюхеровским РО УНКВД по ЕАО. Осужд. 10.08.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-2-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.08.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 14.08.1959 облсудом ЕАО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-82016.

8.  Варавин Капитон Дмитриевич, 1910, урожен. Средне-Волжского края., русский. Тракторист. Арест. 08.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-10 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 07.06.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-82481.

9.      Власов Дмитрий Николаевич, 1917, урожен. Тамбовской губ., русский. Тракторист колхоза «Путь Ленина». Арест. 01.08.1938 УНКВД по ЕАО по ст. 58-10 УК РСФСР. 13.02.1939 УНКВД по ЕАО уголовное дело прекращено за недоказанностью обвинения, реабилитирован. Архивное дело П-90771.

10.  Власов Егор Евдокимович, 1905, урожен. с. Отрошки Воронежской губ., русский. Колхозник. Арест. 05.08.1938 УНКВД по ЕАО по ст. ст. 58-1а, 58-2, 58-7, 58-11 УК РСФСР. 08.02.1939 уголовное дело прекращено за недоказанностью обвинения, реабилитирован. Архивное дело П-89532.

11.  Власов Михаил Евдокимович, 1902, урожен. Воронежской губ., русский. Председатель сельсовета. Арест. 08.08.1938 УНКВД по ЕАО по ст. ст. 58-2, 58-11 УК РСФСР. 08.02.1939 уголовное дело прекращено за недоказанностью обвинения, реабилитирован. Архивное дело П-89532.

12.  Власов Федор Евдокимович, 1909, урожен. с. Усмань Тамбовской губ., русский. Шофер. Арест. 20.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-2 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 25.10.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-92668.

13.  Киберев (Кибиров) Иван Егорович, 1912, урожен. с. Кукелева, русский. Комбайнер. Арест. 05.08.1938 УНКВД по ЕАО по ст. ст. 58-2, 58-11 УК РСФСР. 13.02.1939 уголовное дело прекращено за недоказанностью обвинения, реабилитирован. Архивное дело П-90771.

14.  Курисько Иван Семенович, 1910, урожен. с. Черичанки Екатеринославской губ., украинец. Зав. гаражом МТС. Арест. 10.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. ст. 58-1а, 58-11, 58-8 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 07.06.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-82481.

15.  Лончаков (Лончуков, Ланчаков) Василий Сергеевич, 1885, урожен. с. Кукелева, русский. Зав. МТФ колхоза. Арест. 07.08.1938 УНКВД по ЕАО по ст. ст. 58-2, 58-11 УК РСФСР. 20.02.1939 уголовное дело прекращено за недоказанностью обвинения, реабилитирован. Архивное дело П-90773.

16.  Лончаков Александр Сергеевич, 1906, урожен. с. Кукелева, русский. Охотник. Арест. 07.02.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. ст. 58-6, 58-10 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 07.06.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-82481.

17.  Лончаков Гавриил Герасимович, 1893, урожен. с. Кукелева, русский. Ветеринарный санитар. Арест. 07.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. ст. 58-6, 58-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 07.06.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-82481.

18.  Лончаков Иосиф Сергеевич, 1894, урожен. с. Кукелева, русский. Кладовщик колхоза. Арест. 07.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. ст. 58-6, 58-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 07.06.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-82481.

19.  Лопаткин Александр Николаевич, 1908, урожен. с. Кукелева, русский. Помощник бригадира тракторной бригады. Арест. 01.05.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

20.  Лопаткин Иван Ильич, 1898, урожен. с. Кукелева, русский. Председатель колхоза «Путь Ленина». Арест. 07.02.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-2-7-9-10-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 05.06.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-90395.

21.  Лопаткин Константин Прокопьевич, 1895, урожен. с. Кукелева, русский. Колхозник. Арест. 10.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 25.10.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-92668.

22.  Лопаткин Михаил Ильич, 1900, урожен. с. Кукелева, русский. Колхозник. Арест. 03.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 25.10.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-92668.

23.  Лопаткин Николай Прокопьевич, 1887, урожен. с. Кукелева, русский. Колхозник. Арест. 10.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 25.10.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-92668.

24.  Лопаткин Серафим Николаевич, 1910, урожен. с. Кукелева, русский. Рыбак. Арест. 15.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. ст. 58-6, 58-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 29.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 07.06.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-82481.

25.  Макаров Василий Константинович, 1908, урожен. с. Кукелева, русский. Хлебороб. Арест. 07.02.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а, 58-2-7-10-11 УК РСФСР. 03.05.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

26.  Макаров Дмитрий Петрович, 1908, урожен. с. Кукелева, русский. Зав. нефтебазой при Блюхеровской МТС. Арест. 07.02.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-2-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 25.10.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-92668.

27.  Макаров Евстафий Петрович, 1906, урожен. с. Кукелева, русский. Зав. МТФ колхоза. Арест. 05.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. ст. 58-1а, 58-2, 58-11, 58-7 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 07.06.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-82481.

28.  Макаров Илья Александрович, 1914, урожен. с. Кукелева, русский. Продавец магазина сельпо. Арест. 07.02.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-2-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 25.10.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-92668.

29.  Мигунов Гавриил Егорович, 1892, урожен. с. Кукелева, русский. Бригадир колхоза. Арест. 01.08.1938 УНКВД по ЕАО по ст. ст.58-1а, 58-2, 58-7, 58-11 УК РСФСР. 10.02.1939 уголовное дело прекращено за недоказанностью обвинения. Реабилитирован 06.07.2001 прокуратурой Омской обл. по Закону РСФСР от 18.10.1991. Архивное дело П-90773.

30.  Мигунов Константин Ефимович, 1914, урожен. с. Кукелева, русский. Учитель начальной школы. Арест. 19.07.1938 Блюхеровским РО УНКВД по ЕАО. Осужд. 10.08.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-2-11 УК РСФСР на 10 лет ИТЛ. Реабилитирован 14.08.1959 облсудом ЕАО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-82016.

31.  Мигунов Михаил Федорович, 1903, урожен. с. Кукелева, русский. Бригадир полеводческой бригады. Арест. 28.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-2-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 25.10.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-92668.

32.  Пельменев Федор Давыдович, 1891, урожен. с. Нового, русский. Колхозник. Арест. 15.04.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

33.  Раздобреев Василий Поликарпович, 1902, урожен. с. Кукелева, русский. Бригадир полеводческой бригады. Арест. 20.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-13 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 25.10.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-92668.

34.  Раменский Василий Афанасьевич, 1890, урожен. с. Кукелева, русский. Колхозник. Арест. 01.05.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР. Умер в период следствия, 11.03.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

35.  Раменский Геннадий Афанасьевич, 1909, урожен. с. Кукелева, русский. Тракторист. Арест. 20.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-10 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 25.10.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-92668.

36.  Раменский Иван Николаевич, 1912, урожен. с. Кукелева, русский. Колхозник. Арест. 19.07.1938 Блюхеровским РО УНКВД по ЕАО. Осужд. 10.08.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-2-11 УК РСФСР на 10 лет ИТЛ. Реабилитирован 14.08.1959 облсудом ЕАО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-82016.

37.  Раменский Илья Николаевич, 1905, урожен. с. Кукелева, русский. Колхозник. Арест. 20.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-10 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 25.10.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-92668.

38.  Раменский Иннокентий Николаевич, 1907, урожен. с. Кукелева, русский. Бригадир тракторной бригады. Арест. 19.07.1938 Блюхеровским РО УНКВД по ЕАО. Осужд. 10.08.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-2-11 УК РСФСР на 10 лет ИТЛ. Реабилитирован 14.08.1959 облсудом ЕАО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-82016.

39.  Раменский Павел Афанасьевич, 1893, урожен. с. Кукелева, русский. Колхозник. Арест. 07.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-2, 58-7-9-10-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 05.06.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П- 90395.

40.  Секисов (Сикисов) Михаил Афанасьевич, 1912, урожен. с. Нового, русский. Шофер колхоза «Путь Ленина». Арест. 07.08.1938 УНКВД по ЕАО по ст.ст. 58-2, 58-7 УК РСФСР. 20.02.1939 уголовное дело прекращено. Реабилитирован 06.07.2001 прокуратурой Омской области Закону РСФСР от 18.10.1991. Архивное дело П-90773.

41.  Тонких Гаврил Иванович, 1899, урожен. с. Венцелева, русский. Бригадир колхоза. Арест. 01.05.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-11 УК РСФСР. 11.03.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

42.  Тонких Игнатий Сергеевич, 1910, урожен. с. Кукелева, русский. Комбайнер. Арест. 20.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-2-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 25.10.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-92668.

43.  Тонких Николай Алексеевич, 1906, урожен. с. Венцелева, русский. Колхозник. Арест. 20.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-1а-2-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 25.10.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-92668.

44.  Тонких Петр Иванович, 1886, урожен. с. Венцелева, русский. Сторож колхоза. Арест. 19.07.1938 Блюхеровским РО УНКВД по ЕАО. Осужд. 10.08.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-2-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.08.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 14.08.1959 облсудом ЕАО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-82016.

45.  Тонких Тимофей Иванович, 1878, урожен. с. Венцелева, русский. Фонарщик Виноградного острова. Арест. 09.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 11.09.1938 ВК ВС СССР по ст. ст. 58-1а, 58-8, 58-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 11.09.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 28.10.1998 Военной прокуратурой ДВО по Закону РСФСР от 18.10.1991. Архивное дело П-160715.

46.  Ушаков Владимир Иванович, 1892, урожен. с. Кукелева, русский. Колхозник. Арест. 03.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-2-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 25.10.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-92668.

47.  Федоровский Степан Андреевич, 1908, урожен. с. Гамалеевка Самарской губ, русский. Охотник. Арест. 27.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-10 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 25.10.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-92668.

48.  Шестаков Василий Иосифович, 1906, урожен. с. Кукелева, русский. Счетовод. Арест. 08.08.1938 УНКВД по ЕАО по ст. 58-10 УК РСФСР. 04.10.1939 уголовное дело прекращено за недоказанностью обвинения, реабилитирован. Архивное дело П-91069.

49.  Шестаков Николай Осипович, 1909, урожен. с. Кукелева, русский. Колхозник. Арест. 20.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД. Осужд. 29.04.1938 тройкой при УНКВД по ДВК по ст. 58-2-11 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 31.05.1938 в г. Хабаровске. Реабилитирован 25.10.1957 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-92668.

50.  Якимов Григорий Андреевич, 1902, урожен. с. Кукелева, русский. Колхозник. Арест. 00.00.1935 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-7 УК РСФСР. Уголовное дело прекращено за недоказанностью обвинения. Арестован повторно 14.03.1938 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. ст. 58-1а, 58-2, 58-7, 58-10, 58-11 УК РСФСР. 03.05.1939 уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, реабилитирован. Архивное дело П-81923.

"Все упирается в машинистку..."

Отправлено 10 мая 2019 г., 03:45 пользователем Редактор   [ обновлено 2 сент. 2019 г., 19:06 ]


Особым отделом 2-й Отдельной Краснознаменной Армии была вскрыта и ликвидирована группа из бывших сотрудников Особого отдела и 63 пограничного отряда в лице ПОМИНОВА, ГУСАРОВА, ТОЛСТОКУЛАКОВА, ЛЮБЧЕНКО, ГИТЦЕВИЧА, КАРУЗЕ и КРАСНОГОРОВА, проводивших массовые необоснованные аресты граждан, вымогательство показаний путем провокационных методов ведения следствия и фальсификации следственных материалов.

В результате провокационной деятельности указанной группы были произведены массовые аресты колхозников и рабочих Ленинского района Еврейской автономной области и военнослужащих 34 стрелковой дивизии и Усть-Сунгарийского укрепленного района.

Так, в селе Кукелево было арестовано 34 человека взрослого мужского населения, в селе Ленинском - 18 человек взрослого мужского населения, в селе Новое - 23 человека взрослого мужского населения, в селах Дежнево, Бабстово, Чурки и Квашнино - 16 человек взрослого мужского населения.

В 34 стрелковой дивизии было арестовано 112 человек красноармейцев, командиров и политработников.

В Усть-Сунгарийском укрепленном районе арестовано 43 человека красноармейцев, командиров и политработников.

Группа привлеченных по данному делу, в процессе следствия арестованных военнослужащих провокационно связывала с арестованными рабочими и колхозниками, а всех вместе также провокационно связывала с японскими разведчиками - УШАКОВЫМ Степаном, убитым еще в 1936 году в пограничной полосе, и ЯМОМОТО, уехавшим в начале 1936 года в Японию.

С целью заполучения провокационных показаний от арестованных, указанная группа к арестованным колхозникам, рабочим и военнослужащим применяла физические насилия, устраивала инсценировки суда над «несознавшимися», инсценировались «несознавшимся” расстрелы, фабриковались протоколы допроса арестованных.

Так создавалась и создана провокационным путем шпионско-повстанческая организация - «Трудовая казачья крестьянская партия» /»ТККП»/ в колхозах Ленинского района, и таким же провокационным путем этой группой через арестованных колхозников был создан «прорыв» на гарнизоны 34 стрелковой дивизии и Усть-Сунгарийского укрепленного района.

В апреле 1938 г. ПОМИНОВ докладывал в Особый отдел НКВД ОКДВА о раскрытии шпионско-повстанческой организации в частях 34 стр. дивизии: 

"Наряду с раскрытой и ликвидированной 63 Биробиджанским погранотрядом НКВД в Блюхеровском районе к. р. шпионско-повстанческой организацией ставившей задачей свержение Советской власти на ДВК, Особдивом-34 в результате агентурно-следственных мероприятий по выявлению связей членов названной организации с военнослужащими вскрыта параллельная шпионско-повстанческая организация в частях 34 стр. дивизии, действующая с указанной выше организацией во взаимном контакте.

12 апреля 1938 года ст. лейтенант 101 стр. полка ПОПОВ осведомителю «Ласточка» заявил:

«В Новинском гарнизоне из гражданского населения арестовано 10 человек, в том числе арестован и его хозяин квартиры КОРНИЛОВ Яков Галактионович, пред- колхоза ПЕРЕСАДЬКО и др. ПЕРЕСАДЬКО арестован за старые дела, он в 1929 году отправлял за границу партиями оружие. Кроне того, его сестра в данный момент проживает в Манчжурии, с которой он имеет связь. Рыбаков 101 стр. полка ФИЛИППОВА и др. арестовали за передачу за кордон сведений шпионского характера. ФИЛИППОВ за кордоном также имеет родственников». /Справка: ФИЛИППОВ как шпион расстрелян/.

По получении мною 18 апреля 1938 года указанного агентурного донесения, я, с целью подтверждения принадлежности ПОПОВА и выявления новых лиц из среды военнослужащих к шпионско-повстанческой организации, через допрос обвиняемых в тот же день с группой оперработников Особдива 34 выехал в погранотряд для допроса основных обвиняемых, проходящих у них по делу.

Следствием установлено, что на предыдущих допросах арестованнные КОРНИЛОВ, ЧЕЧЕНЕЦКИЙ, КОРНИЛОВ, ДРУЖИНИН и ФУНТУСОВ назвали не всех известных им шпионов и участников шпионско- повстанческой организации в п. Новом и не указали главным образом членов организации из среды военнослужащих.

Как установлено следствием, члены шпионско-повстанческой организации регулярно проводили подпольные собрания, на которых присутствовали ПОПОВ и ТОЛКАЧЕВ.

Из показаний членов шпионско-повстанческой организации установлено, что все участники организации Блюхеровского района действовали в тесном контакте с существовавшей шпионско-повстанческой организацией в 101 стр. полку, возглавлявшейся быв. командиром полка БАКАТОВЫМ /расстрелян/. 

Выполняя задание японского генерального штаба, через неоднократно приходившего из-за кордона белогвардейца МАЛОВИНСКОГО, в декабре 1937 г. снова собирается подпольное собрание организации, на котором принято окончательное решение об организации вооруженного восстания весной 1938 г., приурочив к 1 Мая.

Руководитель шпионско-повстанческой организации ПЕРЕСАДЬКО имел договоренность с быв. командиром 101 стр. полка БАКАТОВЫМ о снабжении оружием и боеприпасами повстанческой организации через ДУБОНОСОВА.

Материалами следствии установлено, что БАКАТОВ, являясь руководителем шпионско-повстанческой организации в 101 стр. полку, совместно с участниками шпионско-повстанческой организации комбатами ПОТКИНЫМ, БАКУЛЕВЫМ, пом. нач. штаба ВЕСНОВСКИМ, пом. командира полка САЗОНОВЫМ, комвзводами: ПОПОВЫМ, ТОЛКАЧЕВЫМ и ЕРМОЛАЕВЫМ готовили измену родине:

Материалами следствия установлено, что для проведения диверсионной работы в полку помощник командира полка САЗОНОВ лично завербовал старшину 101 стр. полка ШАМКАЕВА, которого КОРНИЛОВ снабжал белогвардейскими листовками с целью распространения их среди бойцов полка. Для этой же цели весной 1936 г. ПЕРЕСАДЬКО завербовал в шпионско-повстанческую организацию старшина музвзвода 6-го мотопонтонного полка НОСОВА, выражавшего резкое недовольство Советской властью.

Наряду с проводимой диверсионно-подрывной деятельностью чле- нами организации и подготовкой к измене родине, участники повстанческой организации занимались шпионской деятельностью и с 1936 г. передавали японской разведке шпионские материалы.

Обвиняемый ФУНТУСОВ показывает о принадлежности к японской разведке бывшего командира батальона 101 стр. полка НОЗДРИНА /нами арестован/. НОЗДРИН через КОРНИЛОВА был связан с японским офицером от которого он для БАКАТОВА принимал пакеты и обратно направлял для того офицера материалы шпионского характера.

Материалами следствия установлено, что закордонная шпионская связь организации осуществлялась через КОРНИЛОВА Ф. и белогвардейца МАЛОВИНСКОГО, оба они лично вручали шпионский материал японскому офицеру генерального штаба ЯМОМОТО на маслозаводе, что в 3 километрах от дер. Маханка Манчжоу-Го, за что КОРНИЛОВ ДЛЯ усиления подрывной деятельности организации получил 20. 000 рублей.

Принятое решение шпионско-повстанческой организацией об организации вооруженного восстания весной 1938 г., как устанавливается следствием, исходит из программы и целей фашистской организации, существующей в Харбине. В программе этой фашистской организации указывается, что последний решающий срок нападения на СССР намечается 1-го мая 1938 г."

3 июня 1938 г.  он же пишет в Особый отдел НКВД ОКДВА: 

"Из числа арестованных 12 человек повстанцев на сегодня созналось 8 человек. Вскрыта шпионско-повстанческая организация под названием "Трудовая Казачья Крестьянская Партия", бло­кирующаяся с правотроцкистской организацией. Из числа арес­тованных разоблачена польская сетка по линии "ПОВ".

Показания арестованных перекрыты очными ставками. Эти же сознавшиеся арестованные разоблачают заговорщиков из числа посаженных год тому назад.

Помимо них 2 июня я арестовал дополнительно 8-х заговорщиков: пом. комполка по материальному обеспечению 34 а/п. майора  ФРОЛОВА, нач. продруражкого снабжения 100 с/п. ст. лейтенан­та БОЯРКИНА и командира транспортной роты 100 с/п. ст. лейте­нанта АСАУЛЕНКО.

Из них на сегодня БОЯРКИН и АСАУЛЕНКО приз­нались в принадлежности к заговору, и сейчас дают показания.

Моя вина заключается в том, что я не информирую Особый Отдел Армии, тогда как есть много нового, интересного, и я вижу, что нуждаюсь не только в указаниях, но глазным образом в новых санкциях на арест.

Все упирается в машинистку. Я не могу перед Особармом выложить всех материалов, несмотря на мое желание своевременно Вас держать в курсе. Вновь арестованные повстанцы, заговорщики дали много новых людей, дали выход на штаб дивизии, нужно порядочное количество вновь арестовывать, я должен изложить все материалы в справках на арест, а этого как раз сделать не в состоянии, т. к. НЕТ МАШИНИСТКИ.

Несмотря на то, что у меня из аппарата ОО взяли 3-х опер­работников: пом. нач. ОО РУДАКОВА, 2-х оперуполномоченных ОО – ФОЛЬКМАНА и ДАВЫДОВА, а вместо них никого не прислали, я имею сознавшихся людей, от которых не могу взять протоколы за неи­мением времени. А здесь я вынужден САМ ЛИЧНО ПЕЧАТАТЬ ПРОТО­КОЛЫ /больше печатать некому/, руководить следствием, допра­шивать. Суток для работы не хватает, и несмотря на все жела­ние, я не в состоянии с оставшимся аппаратом освоить всех арестованных.

Я на следствие снимаю с границы 3-х оперуполномоченных, чего делать я не должен. А если не привлекать и этих людей, имея в виду, что они обслуживают части, дислоцированные на границе, тогда в аппарате можно использовать на сегодня на следствии только САМОГО СЕБЯ ПОЛНОСТЬЮ, вр. опер. уполн. ОО т. САЗОНКИНА, п/опер. уполн. ОО т. КОРНЕВА и бездеятельного опер. уполн. ОО ЖАРКОВА, которого я уже просил вас снять. Прислан­ный демобилизованный кр-ц из АКВФ нуждается в учебе, а здесь нужна кипучая работа. Я должен перед Вами сознаться, что я лично не в состоянии при таком положении совместить работу с учебой.

В настоящее время в Особдиве 63 арестованных шпионов, заговорщиков и повстанцев. Из них созналось 22 чел., которые арестованы в мае-июне м-це. А до ранее арестованных интерес­ных по линиям подрывной работы шпионов руки не доходят.

30 мая с/г. в ОО 34 были: пом. военного прокурора ОКДВА тов. ГУЛЕВИЧ и пом. военного прокурора 20 с/к. тов. АККЕРМАН, которые резко поставили вопрос о заканчивании дел на ранее арестова­нных, а по одному делу они даже составили акт, т.к. арестован­ный ХАХАЛКИН не допрашивался в течение 8 месяцев /дело лежа­ло у ГРУЗИНСКОГО/, а у меня руки не доходят.

Когда меня направляли в Особдив, мне обещали помочь работниками, а получилось наоборот: имеющихся забираете, а вза­мен никого не даете.

Сейчас в ОО 34 много интересных дел, я с наличным аппаратом  "зашиваюсь», а здесь, как назло, "прижимает" машинистка. Поэтому невольно хочешь крикнуть: "Что делать?!"

Сегодня около 3 часов ночи я был вызван к проводу, и мне передали ваше приказание, почему нет результатов след­ствия с вопросом - в чем дело? Результаты есть, результаты получены значительные, протоколы под руками, новых повстан­цев нужно арестовывать, нужно выкладывать материалы, информи­ровать Вас, просить санкции на арест, а сделать не в состоянии - НЕТ МАШИНИСТКИ.

Я до настоящего времени считал для себя непозволитель­ным ставить перед Вами лично вопрос о машинистке, о работниках. Но сейчас, когда я вижу, что страдает работа, когда гора материалов становится неизвестной Вам, а отсюда и центру, я вынужден бить тревогу.

У меня убедительная просьба - взамен взятых работников направить пом. нач. ОО /желательно т. ТОЛСТОКУЛАКОВА или ПАВЛЮЧЕНКО/, 2-х оперуполномоченных /желательно т. т. БОЛЬШАКОВА, РЕВЕНСКОГО/ и машинистку тов. ЛОЖЕЧНИКОВУ. Она по материальным соображениям не возражает выехать работать на периферию, и я Вас убедительно буду просить ее отпустить. Особый отдел армии быстрее сумеет подыскать, нежели мы здесь.

Пополнение аппарата ОО 34 указанным составом работников оправдает себя тем, что в частях дивизии будет полностью вскрыта повстанческая организация, готовившая сдачу дивизии самураям. 



ИЗ ОБВИНИТЕЛЬНОГО ЗАКЛЮЧЕНИЯ 

от 29 февраля 1940 г.

ПОМИНОВ Петр Ильич, 1905 года рождения, уроженец гор. Москвы, служащий, русский, гр-н СССР, женат, б. член ВКП(б) с мая 1927 года, исключен в связи с арестом, образование низшее, до ареста начальник Особого отделения НКВД 34 стрелковой дивизии, младший лейтенант госбезопасности, в органах ОГПУ-НКВД с 1929 года, арестован 29 августа 1938 года. - быв. начальник Особого отделения 34 стрелковой дивизии, на второй же день после своего прибытия на должность нач. осбдива-34 с группой сотрудников выехал в 63 погранотряд для допроса имевшихся там арестованных колхозников.

ПОМИНОВЫМ в 63 погранотряде были получены от КОРНИЛОВА Ф. провокационные показания на военнослужащих 101 стрелкового полка 34 с. д. как на участников шпионско-повстанческой организации, а именно: ТОЛКАЧЕВА - ком. взвода, ДУБОНОСОВА - нач. боепитания полка, БАКУЛЕВА - комбата, ЕРМАКОВА - ком. взвода, ШАМКАЕВА - старшину роты, НОСОВА - музыканта и других.

Показания КОРНИЛОВА Ф. об участии перечисленных лиц в организации по приказанию ПОМИНОВА были провокационно записаны («перекрыты») в показаниях других допрашиваемых арестованных колхозников, как то: КОРНИЛОВА Я., ДРУЖИНИНА, ФУНТУСОВА и ЧЕРНЕЦКОГО.

Используя эти провокационные показания, ПОМИНОВ указанных военнослужащих арестовал, и от каждого из них также получил провокационные показания, вынудив арестованных к этому путем применения физических мер воздействия.

Старшина роты ШАМКАЕВ и музыкант НОСОВ ПОМИНОВЫМ были секретно «изъяты» из частей, о месте нахождения которых командование дивизии не было поставлено в известность в течение полумесяца, и путем провокационных методов допроса от них были взяты показания на ряд лиц военнослужащих как участников шпионско-повстанческой организации. Помимо применения физических мер воздействия, при допросах ШАМКАЕВА и НОСОВА ПОМИНОВ лично угрожал им за недачу угодных ПОМИНОВУ провокационных показаний составить акт об их измене Родине и задержании их на границе.

Добившись всевозможными путями провокационных показаний, ПОМИНОВ ШАМКАЕВУ и НОСОВУ устраивал очные ставки с вновь арестованными командирами, и путем разных угроз заставлял их на этих очных ставках признавать себя виновным и изобличать других арестованных командиров.

ТОЛКАЧЕВ, ДУБОНОСОВ, БАКУЛЕВ, ЕРМАКОВ, ШАМКАЕВ, НОСОВ являлись честными командирами Красной Армии, из-под стражи освобождены и восстановлены в рядах РККА.

ПОМИНОВ арестованных военнослужащих провокационно связывал с не существовавшей «Трудовой казачье-крестьянской партией» /ТККП/ как новой линией, и через последнюю - с японским генеральным штабом.

Эту увязку с японцами ПОМИНОВ делал через японского разведчика УШАКОВА Степана, приходившего, якобы, на советскую территорию вплоть до мая 1938 года, и представителя японской военной миссии в Фугдине - ЯМОМОТО, в то время как УШАКОВ еще в 1936 году был убит китайскими полицейскими, а ЯМОМОТО в 1936 году из Фугдина выехал в Японию.

ПОМИНОВ при корректировках протоколов допросов арестованных вписывал планы «измены» дивизии, восхваляя в этих протоколах японскую военщину, и клеветал на Красную Армию, как якобы «беспомощную» устоять перед японцами.

ПОМИНОВ определял количество заговорщиков по каждой части дивизии, и в разрезе этого давал оперативному составу установки всеми способами добиваться от каждого арестованного командира показаний не менее как на 40-60 человек, называл арестованному фамилии командиров, которые тот или иной арестованный должен будет дать как участников заговора.

ПОМИНОВ создал так называемую «комсомольскую бригаду», в которую входили фельдъегерь, начальник арестного помещения и секретарь ОО 34 с. д. Эта бригада по установкам ПОМИНОВА занималась «колкой» арестованных и добычей от этих командиров провокационных, угодных ПОМИНОВУ показаний, и после этого «показания» арестованных оформлялись протоколами допроса оперативным составом.

В своей деятельности ПОМИНОВ связывал по заговору арестованных красноармейцев вплоть до командира полка. Устраивал красноармейцам очные ставки с арестованными командирами частей. Так, бойцы ТЕРЕУХИН, УДОТОВ, ЗАЙЦЕВ и др. /освобождены/ под угрозами «изобличали» командиров в принадлежности к заговору и «ТККП», а также параллельную женскую правотроцкистскую организацию.

С целью заполучения провокационных показаний, арестованную ДОВГАЛЬ посадил «на измор» в карцер. И только благодаря тому, что ДОВГАЛЬ не пошла на эту провокацию, идея ПОМИНОВА не была осуществлена.

ПОМИНОВ не ограничивался избиением честных кадров только дивизии. Стоило ему только увидеть на 1 мая 1938 года вращавшуюся среди летного состава работницу УРД МЕЛЬНИКОВУ, он добился без всякого основания ее ареста, а потом взял от нее провокационные показания на ряд летчиков как на «шпионов», включив в эти провокационные показания Героя Советского Союза летчика КОДНРАТ, дважды награжденного в 1938 году орденами Союза /МЕЛЬНИКОВА освобождена/.

Имевшихся в ОО 34 с. д. до приезда ПОМИНОВА арестованных антисоветчиков по установкам ПОМИНОВА допрашивали как участников заговора и участников «ТККП», и путем применения к этим арестованным мер физического насилия добивались от них таких провокационных показаний.

Следствием также установлено, что ПОМИНОВ брал от арестованных провокационные показания не только путем физического насилия. Он также занимался вымогательством таких же провокационных показаний арестованных и путем создания невыносимых условий им - сажал ни в чем не повинных людей в карцер, брал измором, не выдавая арестованным положенного хлеба и т. д.

ПОМИНОВ внедрял в оперативно-следственной работе извращенные методы, и за каждое противодействие ему в этом обвинял оперативный состав в саботаже, в защите врагов народа. При этом всегда оперсоставу угрожал, что он имеет от ЛЮШКОВА указание дать заключение о каждом из них, и что он будет направлять к ЛЮШКОВУ тех, кто будет противостоять ему в «разоблачении врагов».

ПОМИНОВ, производя незаконные аресты военнослужащих, фабриковал подложные справки и показания для ареста.

Таким образом, за 4 месяца работы ПОМИНОВА в дивизии им было необоснованно арестовано 112 красноармейцев, командиров и политработников, из которых 109 человек освобождены из-под стражи как непричастные ни к какой антисоветской деятельности, а остальные 3 человека провокационно арестованных осуждены к высшей мере наказания - РАССТРЕЛУ.


Начальник Особого отделения ГУГБ НКВД 34-й СД (с. Бабстово) мл. лейтенант госбезопасности ПОМИНОВ Петр Ильич был арестован 29.08.1938 ОО НКВД 2-й ОКА. Осужден 24.06.1940 Военным трибуналом войск НКВД Хабаровского округа по ст. 193-17 п. «б» УК РСФСР за производство незаконных массовых арестов жителей Ленинского района ЕАО, военнослужащих 34-й стрелковой дивизии и Усть-Сунгарийского укрепрайона, создание на них провокационных обвинений в контрреволюционной деятельности, фальсификацию протоколов допросов арестованных и применение извращенных методов при ведении следствия - к лишению присвоенного звания и ВМН. Расстрелян 28.11.1940 в Хабаровске. Не реабилитирован. 



Подлежит внесудебному рассмотрению...

Отправлено 6 мая 2019 г., 18:32 пользователем Редактор   [ обновлено 2 сент. 2019 г., 19:08 ]


Из обвинительного заключения по делу в отношении: 

1. ЛЮБИНА Григория Емельяновича, рожд. 1890 года, русского, уроженца с. Дежнево Биро-Биджанского р-на, где постоянно проживает, крестьянина-казака, имеющего дом, амбар, 4 лошади, 2 коровы, 3 подростка, часть молотилки, часть сноповязки, грамотного, женатого, на иждивении 9 чел. семьи, б/п, ранее не судимого. 

2. ВОРОНОВА Кузьмы Лукича, рождения 1871 года, русского, уроженца села Дежнево Биро-Биджанского района, крестьянина-казака, имеющего дом, 2 амбара, 3 лошади, 2 коровы, 2 жеребенка, 3 телка, жнейку, сноповязку, неграмотного, женатого, на иждивении 5 чел. семьи, б/п, ранее не судимого, - обвиняемых по ст. 58-10 УК. 

ЛЮБИН Григорий до 1925 года проживал в селе Дежнево совместно со своими братьями, имея кулацкое хозяйство, эксплуатировал наемную силу. В 1925 году, разделившись со своими братьями, стал жить самостоятельно, и хозяйство осталось также кулацким.

Кроме того, Любин в 1922 году, находясь в рядах НРА, во время Волочаевского боя дезертировал из части, и, прибыв в с. Дежнево, влился в отряд повстанцев под названием «Черемуховый», руководимый Кутенких Никандром /ныне расстрелян/. Находясь в отряде, Любин имел связи с кит. командованием и руководителями белой эмиграции, в частности, с полковником Карловым. От последнего получал оружие и боеприпасы для отряда, впоследствии Любиным часть оружия была продана за границу кит. купцам.

Кроме выше указанного, Любин, находясь в Дежнево, у себя на квартире скрывал дезертиров. До 1929 года систематически занимался водворением контрабанды. В то же время поддерживал связи со своим родственником Рогозиным, проживающим в г. Харбине. 

ВОРОНОВ Кузьма до последнего момента имел кулацкое хозяйство, эксплуатировал наемную силу, коим платил до 5 руб. в месяц без заключения с батраками договоров.

В 1929 году Воронов, в целях избежания раскулачивания, произвел со своим сыном фиктивный раздел имущества, благодаря чему от налога в 1930 году был освобожден. В 1929 г. до раздела имущества Воронов в период хлебозаготовок имел твердое задание, но благодаря раздела задание было снято.

Кроме этого, Воронов в 1922 году имел тесную связь о Кутенких Никандром /расстрелян/, коему оказывал всемерное содействие, помогал продуктами и т. п.

До конфликта на КВЖД имел тесную связь со своим братом Вороновым Иваном - белым эмигрантом, проживающим за границей, от последнего получал письма и к/рев. литературу.


В 1928 году /время точно не установлено/ в селе Дежнево на общих собраниях граждан обсуждались вопросы:

1/ о самообложении, где предполагалось предложение с/совета провести - на 35%, и

2/ обсуждался вопрос о ссыпке семенного зерна в общественный амбар, где сельсовет выдвигал постановление ссыпать по два пуда с гектара.

Но указанные собрания были сорваны, так как Любин и Воронов как на собраниях, так и до собраний, вели агитацию против выдвигаемых мероприятий. В частности, Воронов говорил: «Нам самообложение проводить ни к чему, это берут только с зажиточных, беднота ничего не платит, а поэтому нам можно согласиться только на 8%».

Любин, поддерживая выступления Воронова, также говорил: «Соввласть нас оббирает, много забирает, итак хлеба нет».

Любин, находясь в это время под бойкотом за несдачу хлебных излишков, на собраниях говорил: «Беднота захотела есть, вот на нас полезла. Скоро хлеба не будет совсем» и т. п.

Своими выступлениями Любин и Воронов добились, что собрания были сорваны, и только впоследствии было утверждено постановление собрать самообложение по 8% и ссыпать семзерно по 1 пуду с га. Причем зажиточная часть, в том числе Воронов и Любин, причитающееся с них зерно не внесли/.     Не ограничиваясь вышеуказанными выступлениями, Любин и Воронов среди крестьян говорили: «Сколько лет существует Соввласть, каждый год берут налоги, хлеб. Когда же мы их накормим?!».

В период распространения займа усиленно вели агитацию против подписки, указывая на то, что власть и здесь обманывает - вместо денег дает какие-то бумажки. Выигрыша не будет, так как они достаются только тем, кто находится у власти и получает большие жалования.

В период конфликта на КВЖД Воронов среди зажиточной части села распространял слухи о том, что скоро из-за границы придет его брат - Воронов Иван Лукич /эмигрант/ вместе с белыми, и тогда он вернет все свое, и мельницу и т. п.

Любин агитировал: «Скоро будут наши - все равно всех перебью. Конфликт - это только начало. Иностранцы все равно власть раздавят, не войной, так голодом, ибо они ничего не дадут». Причем эта агитация носила характер угроз активу села Дежнево.

В 1929 г., в период проведения коллективизации в селе Дежнево, Любин, не вступая в колхоз, среди односельчан агитировал: «Одна семья не может жить вместе, а колхоз тем более развалится».

В дальнейшем, когда Любину стало угрожать раскулачивание, Любин подает заявление о вступлении в колхоз, и работая там членом правления и старшим бригадиром, среди колхозников, особенно среди средняков, своей агитации не бросает. В частности, Любин говорил: «Немыслимо в колхозе работать. Сперва агитируют, что в колхозе все будет, все будут давать, сейчас же ничего не дают и не дадут». И заканчивая свои выступления, высказывал пожелание - лучше будет из колхоза уйти и работать самому.

В результате его агитации из колхоза вышло 7 хозяйств. Между прочим, Любин выходящим из колхоза говорил: «Я сам лично тоже выйду из колхоза, и подавал заявление», - но из колхоза не выходил.

Во время посевной кампании 1930 года среди колхозников, работающих в его бригаде, добился своей агитацией, что бригада распалась: часть вышла из колхоза, часть перешла на другие работы, чем поставил под угрозу срыва посевной план колхоза.

Воронов в период коллективизации, зная, что его как кулака будут раскулачивать, стал злостно убивать свой скот, в частности, зарезал 4 коровы, мясо которых продал в г. Хабаровске на частном рынке. Заблаговременно продал одного коня.

Через некоторое время после вступления в колхоз Любина и других зажиточных крестьян Воронов также пытался вступить, но ему отказали. В дальнейшем Воронова в колхоз приняли, и работал он под руководством Любина. Он начинает агитировать, особенно активно против обобществления скота, указывая, что скот на общем дворе подохнет, и они останутся не при чем. Жаловался на тяжесть работы, указывал на то, что Соввласть насильно гонит в колхозы и т. д.

Для более успешной антисоветской агитации Любин начал организовывать вокруг себя группировку из середняцкой части колхозников. В частности, он привлек на свою сторону Воронова, Лелекова Николая, Ференцева и других.

Воронов, являясь прямым помощником Любину, совместно с ним агитировал среди колхозников за необходимость бросать работу в колхозе и выходить из него, ибо колхоз, мол, скоро и так развалится, не устоит. Свою агитацию подтверждали и якобы своими выходами из колхоза.

Во время уборочной кампании Любин, Воронов Кузьма, Любин Николай подают заявления о своем выходе из колхоза. До этого на собраниях Любин и Воронов обрабатывали колхозников, агитируя среди них за то, чтобы всем выходящим из колхоза возвращали все их имущество, т. е. скот, инвентарь и посевы. Колхозники, учитывая, что в случае выхода из колхоза средняков, у которых главным образом имелись машины и рабочий скот, благодаря чего срывается уборка посевов, на это дали отпор, т.е. постановили имущество не возвращать.

За последнее время, примерно с середины 1930 года, Любин и Воронов агитировали среди колхозников о необходимости вести уборку колхозных полей не общими силами, а каждому в отдельности, используя собственный инвентарь и рабочий скот, мотивируя это тем, что колхоз не наш, а бедноты, пусть остается беднота.

Контрреволюционная работа указанных лиц не носила случайного характера, а была организована в руководящем ядре, в частности Любина и Воронова, кои добивались определенной цели - развалить создавшийся колхоз, скомпрометировать сельсовет, срывая их постановления, и действуя организованно.

Привлеченные по настоящему делу в качестве обвиняемых, Любин и Воронов виновными по настоящему делу себя ни в чем не признали и факты, выдвигаемые им в предъявленном обвинении, отрицают.

В силу вышеизложенного, указанные Любин и Воронов обвиняются в том, что имея зажиточные хозяйства, боясь факта раскулачивания, умышленно вступили в колхоз, имея определенные цели - развалить этот колхоз, что проводили путем скрытой и открытой агитации как на собраниях, так и среди колхозников. Добиваясь своей цели, применяли методы угроз, главным образом активу села, срывали все проводимые Соввластью и партией мероприятия. В прошлом активно помогали повстанцам-казакам, - т. е. в совершении уголовного преступления, предусмотренного ст. 58-10 УК.

Имея в виду, что дело произведено с достаточной полнотой и все обстоятельства дела выяснены, а посему на основании ст. 207 и 208 УПК таковое подлежит направлению в Тройку ПП ОГПУ для внесудебного рассмотрения и привлечения их к уголовной ответственности по ст. 58-10 УК с предварительным направлением старшему пом. ДВК прокурора, наблюдающего за органами ОГПУ, на заключение.

 Составлено 4 мая 1931 года, гор. Хабаровск.

Уполномоченный п/к /Кондратьев/

«У нас свой УПК и все прокуроры в наших руках»

Отправлено 10 апр. 2019 г., 22:09 пользователем Редактор   [ обновлено 9 сент. 2019 г., 00:00 ]

Военному прокурору войск НКВД Хабаровского края 

от бывшего военного прокурора войск НКВД Камчатской области 

Баранова Юрия Васильевича1   


ЗАЯВЛЕНИЕ   


24 января 1938 года, по провокационным материалам, враждебными элементами, стоявшими у руководства УНКВД по ДВК – предателем и японским наймитом ЛЮШКОВЫМ, я был незаконно арестован.  

16 февраля 1938 года первый раз был вызван на допрос в кабинет № 515 ОО 2-й ОКА сотрудником ДРАГОМИРЕЦКИМ, который сразу же предложил мне писать собственноручные показания о своей вражеско-шпионской деятельности и потребовал признания от меня о том, что я являюсь членом «военно-фашистского заговора», и «следствию» об этом точно известно. На мой отказ и заявление о том, что это глупость, ибо я никогда ни к каким контрреволюционным организациям не принадлежал и ни в антипартийных группировках, ни в оппозициях не участвовал, ДРАГОМИРЕЦКИЙ непозволительно-циничными словами стал наносить мне оскорбления и затем избил, требуя признания и чистосердечного раскаяния.  

Такой «допрос» продолжался до 1-го марта. В этот промежуток времени ДРАГОМИРЕЦКИЙ в компании с другими палачами – ГРЕКОМ, МИРОШНИЧЕНКО (точно фамилию не помню) и КИБАЛЬНИЧЕНКО – особенную жестокость проявили в ночь с 22 на 23 февраля. Приводя меня к «сознанию», они избивали меня кулаками по лицу, бутылкой по голове, рвали уши, поливали холодной водой, рвали волосы из бровей, бороды, груди и других мест, давили на мошонку, выкручивали руки и проделывали ряд других манипуляций, сопровождая все это гнусное глумление площадной руганью не только по моему лично адресу, но и по адресу органов прокуратуры и закона, заявляя: «Такие методы допроса в вашем УПК не написаны, а у нас «свой» УПК, и все прокуроры в наших руках. Кого хотим, того и посадим, а жаловаться тебе, кроме нас, некому».

Первый «этап» боевой «подготовки» окончился, и ДРАГОМИРЕЦКИЙ от меня отказался со словами: «Теперь режим допроса тебе усилится, и показания все равно дашь».

26 марта ночью меня вызвал в кабинет 514 провокатор ЛИБЕРМАН, который сразу же потребовал признания в причастности к правотроцкистской организации и японской разведке. На мой отказ ЛИБЕРМАН заковал меня в наручники и предупредил угрозой: «Сегодня будет горячая баня». Вслед за этими словами стал записывать адреса всех (моих) родственников и родных с угрозой арестовать (их), если я не дам «показаний». Перед тем, как заковать меня в наручники, ЛИБЕРМАН подошел ко мне, держа руки у себя за спиной, затем сунул мне в нос наручниками, сказал; «Это наш УПК, а это – ваш», и швырнул УПК под стол со словами: «Такими средствами, которые изложены в нем (в УПК) с контрреволюцией бороться могут только (такие) прокуроры, как ты».

В эту ночь и вплоть до 2 апреля 1938 года меня под руководством ЛИБЕРМАНА и ХОРОШИЛКИНА «кололи» способами и приемами, применяемыми в застенках гестапо, известных мне из литературы.

Закованного в наручники, (меня) истязали, как звери, изощряясь в самых причудливых формах тупого и бессмысленного глумления. Они меня ставили на голову и били об пол головой, поднимали на дыбу за наручники, рвали волосы, уши. Подвергали пытке нашатырным спиртом и холодной водой, заливая эти «средства добычи доказательств» в горло, нос и уши – приводили меня тем самым в сознание, которое я неоднократно терял. Возвратив (у меня) проблески сознания, гестаповцы, облаченные в советскую красноармейскую гимнастерку, снова начинали (меня) допрашивать, избивая уже потерявшее чувствительность тело. Били линейкой по половым органам, тыкали горящей папиросой в глаза и задували в них дым. Однажды АЛЬТГАУЗЕН, видимо, в целях лишения меня жизни, забил (мой) нос хлебом, а затем, когда, очевидно, я упал со стула на пол без сознания, карандашом выковырял хлеб из ноздрей.

В этот период мне повредили уши, вызывали медицинскую сестру, чтобы та остановила кровь и наложила повязку. Живот разбили до такой степени, что содержание желудка и кишечника с кровью стало выливаться в брюки здесь же, на стуле. Особенное усердие в этот раз было проявлено ГАВРИЛОВЫМ, АЛЬТГАУЗЕНОМ, ГРЕКОМ, ЛИБЕРМАНОМ, ИВАНОВЫМ и рядом других лиц, фамилии коих я не знаю.

В довершение всего этого сеанса 28 марта 1938 года, замученного до полусмерти, меня бросили в холодный карцер с цементным полом, невероятным количеством грязи и водой на нем, где я валялся до 2 апреля 1938 года, подвергаясь «выдерживанию».

2 апреля 1938 года (я) снова был притащен в кабинет 514, где со мной сидел сотрудник БАРКОВ, требуя, чтобы я писал собственноручные показания, и несколько раз концом линейки ткнул мне под нос.

После «бани» ЛИБЕРМАНА я лежал в камере совершенно больной, не в состоянии двигаться на ногах до 22 апреля 1938 года, и без пищи, так как не мог ничего есть в связи с тем, что органы пищеварения были разбиты.

Результатом перенесенных пыток и терзаний я почти весь 1938 год ничего не слышал, правой рукой не мог производить никаких механических движений, мучился поносами и т.п. недугами, полученными за свое упорство в защите правды и Советского закона.

В ночь с 23 на 24 июня 1938 года (я) был вызван в кабинет 310 сотрудником в артиллерийской форме, отказавшимся назвать свою фамилию, который такие потребовал от меня признания, и получив отрицательный ответ с моей стороны, избил меня, и без того совершенно больного. Об угрозах расстрелом без суда и прочими карами», применяемыми для запугивания, я уже не говорю. Эта «мелодия» пелась вплоть до мая месяца 1939 года при каждом вызове.

В ночь с 21 на 22 августа 1938 года я был вызван в кабинет 301 ХОХЛОВЫМ, который «попугав» меня «толщиной» дела и «убедительностью» (имеющихся) показаний на меня, заявил: «Если не хочешь по-хорошему сознаваться, будем изобличать (тебя) на очных ставках», и тут же вызвал ВОРОНЦОВА, как я потом узнал, который повел меня на 5-й этаж, где (комната, кажется, 505) со СТРАХОВЫМ мне дали инсценированную очную ставку. На этой очной ставке проводящими ее БОЛЬШАКОВЫМ и ВОРОНЦОВЫМ я был подвергнут всяческим оскорблениям, и от БОЛЬШАКОВА получил несколько ударов носком сапога в живот, от чего раза два очная ставка прерывалась и меня водили в уборную, так как живот и без того болел невыносимо. По окончании очной ставки ВОРОНЦОВ привел меня опять в комнату 301 и здесь, грозя расстрелом, нанес мне несколько ударов, заявив: «С тобой иначе разговаривать нельзя». Отобрав стул, заставлял меня стоять на ногах, ругаясь площадной бранью. Будучи не в состоянии стоять на ногах вследствие болезненного состояния, я вынужден был сесть на пол.

21 ноября 1938 года в 6 часов утра я был вызван в кабинет 510 сотрудником МАРТЫНЕНКО, который, не зная ничего в моем деле, начал по образу предыдущих «следователе» требовать от меня признания во вредительско-шпионской деятельности. Не получив нужного ему ответа и раздосадованный неуспехом, (он) стал наносить мне удары по челюстям.

Вскоре в качестве «второй тяги» явился ВОРОНЦОВ и, обрушивая на меня весь запас своего подзаборного лексикона, требовал признания. Явившийся в середине дня ХОХЛОВ начал также угрожать и замахиваться линейкой.

13 января 1939 года меня вызвал ПАВЛЮЧЕНКО в кабинет 511 для предъявления обвинения (заметьте, это было ровно через год без нескольких дней!). На мой отказ подписать постановление ПАВЛЮЧЕНКО, обругав меня нецензурными словами, «фашистом» и «провокатором», нанес (мне) несколько ударов по лбу (и) отправил (меня) в камеру.

25 января с.г. этот же ПАВЛЮЧЕНКО вызвал меня на допрос, во время которого у нас получился конфликт, так как он отказывался записывать протокол с моих слов, а «формулировал» сам. На мой категорический отказ подписать такой протокол ПАВЛЮЧЕНКО, в целях воздействия на меня, со словами: «Тебя мало еще били, мы тебе сейчас дадим баню», вызвал на помощь ВОРОНЦОВА, который, очевидно, и содержался для таких целей. Явившись в кабинет 511, ВОРОНЦОВ, как и раньше, набросился на меня с угрозами и криками, замахиваясь для удара, но сильного удара не нанес, а только пальцами толкнул меня в лоб, заявив: «Все равно расстреляем». Этого ВОРОНЦОВА я 17 октября 1939 года встретил. Он разгуливает на свободе и, очевидно, никакой ответственности не понес за свою «работу» в Особом отделе.

31 марта (1939 г.) ПАВЛЮЧЕНКО вызвал меня в кабинет 504 и задал вопрос, собираюсь ли я когда-либо раскаиваться? Услышав отрицательный ответ, (он) стал на меня кричать и оскорблять, а затем подскочил, схватил (меня) за нос, стал вертеть, угрожая, что сегодня я специально вызван для того, чтобы дать (мне) баню. После этого ушел из кабинета и вернулся обратно вместе с зам. военного прокурора войск НКВД Хабаровского округа т. СТЕКЛОВЫМ, которому мною устно и было заявлено о преступлениях и беззакониях, творящихся в Управлении НКВД по ДВК, с просьбой отобрать мое дело у ПАВЛЮЧЕНКО и принять к производству Военной прокуратуры.

В ночь с 20 на 21 апреля с.г. меня вызвал сотрудник КАЗАНЧИКОВ в кабинет 509, который во время допроса также пытался записать свои «формулировки». Не увенчав успехом свое беззаконие, КАЗАНЧИКОВ совершил подлог, изъяв подписанную мною страницу, написал вторую от своего имени. Заметая, как пакостливая кошка, свои следы, состряпал рапорт на меня начальнику ОО 2-й ОКА, в котором описал, что я отказался подписать протокол и другие нелепости. В этот же раз я получил последний удар каблуком по колену от сотрудника МОШКИНА (фамилию узнал при ознакомлении со своим делом).

21 апреля об этих беззакониях было заявлено Вам (и.о. ВП войск НКВД Хабаровского округа СТЕКЛОВУ). После этого меня еще несколько раз вызывали, пытаясь криками и угрозами получить показания о не существовавших в природе фактах.

17 октября 1939 года я освобожден из-под стражи и опять твердо вступил на землю, чтобы быть, как и раньше, активным строителем коммунизма. Враги Советской власти, народа и партии, чувствуя приближение своего конца пребывания на земной поверхности, принесли много непоправимого вреда нашей стране. Нет сомнений в том, что если бы я переступил порог честности и пошел бы на фальшивую сделку с совестью, (то) пал бы лишней жертвой в кровавых руках вражеских элементов, орудовавших в органах НКВД. Но этого не случилось и не могло случиться, ибо я рассуждал так: «Лучше погибнуть, если товарищи не освободят в скором времени, чем затоптать правду в грязь и наговорить ложь на себя и на других». Нужно отметить, что беспардонная ложь весь этот период выдавалась провокаторами за правду.

Прошу изложенные факты приобщить к делам уже арестованных провокаторов и привлечь к уголовной ответственности тех, кои присмирели и стараются держаться незаметными «святыми» (вроде ВОРОНЦОВА). По существу этих фактов прошу допросить меня в качестве свидетеля в установленном законом порядке. 

К сему, Ю. Баранов. 

19 октября 1939 г.

г. Хабаровск. 


Баранов Юрий Васильевич, 1906 г. р., уроженец д. Язовка Холманского р-на Западной обл., русский, гражданин СССР, военный прокурор войск НКВД Камчатской области, место проживания: г. Хабаровск. Арестован 24.01.1938 УНКВД по ДВК по ст.ст. 58-1б, 58-7, 58-11 УК РСФСР. 13.10.1938 ОО НКВД 2 ОКА уголовное дело прекращено, из-под стражи освобожден. Дело П-85680. Книга памяти Хабаровского края.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

"Фамилии этих обвиняемых я сейчас не помню..."

Отправлено 7 апр. 2019 г., 23:32 пользователем Редактор   [ обновлено 9 сент. 2019 г., 00:43 ]


Начальнику Особого Отдела ГУГБ НКВД АКВФ 

ст. лейтенанту госбезопасности Утянову 

 

РАПОРТ 

Доношу, что в 1937 году я работал в обл. Управлении НКВД по ЕАО в качестве инспектора Отдела резервов. Примерно в октябре месяце того же года, по согласованию ВРИД начальника обл. Управления НКВД по ЕАО НУЖДИНА с быв. зам. нач. УНКВД по ДВК ОСИНИНЫМ, меня временно перебросили на оперативную работу там же, в обл. Управлении НКВД. 

В то время в обл. Управление НКВД из Хабаровска приехали для проведения польской операции и окончания следственных дел по этой операции капитан БОНОВ1 и нач. 5-го отделения ОО ОКДВА и 5-го Отдела ГУГБ НКВД АЛЬТГАУЗЕН2

Некоторое время мне пришлось работать с АЛЬТГАУЗЕНОМ по оформлению следственных дел и подменять последнего на обед и на отдых во время допроса арестованного. За это время я видел, как АЛЬТГАУЗЕН при допросах жестоко обращался с арестованными.

Допрос арестованного обычно начинался с того, что последнему АЛЬТГАУЗЕН зачитывал постановление о предъявлении обвинения, и после этого приступал к допросу, т. е. задавал арестованному вопрос: «Расскажите, когда, где и при каких обстоятельствах вы были завербованы на шпионскую работу?». Обвиняемый обычно на этот вопрос никогда не давал сразу желаемого ответа, и, как правило, заявлял, что он не шпион и т.д.

После этого горе было тому обвиняемому: он подвергался со стороны АЛЬТГАУЗЕНА жестокой матерщине и немедленному избиению с применением специальных зажимных наручников, а к утру следующего дня обвиняемый уже давал показания, требуемые АЛЬТГАУЗЕНОМ.

Фамилии этих обвиняемых я сейчас не помню, потому что их было много и они в среднем более 2-3-х суток не задерживались. Помню, например, БАШУКА3, ДОРИА.

Был и такой факт, когда в ночь с 6 на 7 ноября 1937 г. в Биробиджане сгорел Гастроном. Сразу после этого пожара областным Управлением НКВД был арестован весь личный состав Гастронома, в том числе и сторож КОРНАУХОВ, охранявший в ту ночь Гастроном, и дочь которого работала у нас в облуправлении НКВД телефонисткой на коммутаторе.

КОРНАУХОВ сразу после привода его в отдел подвергся жестокому избиению со стороны АЛЬТГАУЗЕНА с применением тех же наручников, а 8 или 9 ноября 1937 г. этот КОРНАУХОВ был выпущен на свободу как невиновный.

 

ПОМ. ОПЕРУПОЛНОМОЧЕННОГО ОО АКВФ (КАПУСТИН)

16.01.1939 г.


ПАШКИН-БОНОВ Федор Иванович, 1896, русский, урож. с. Василевка Починковского района Нижегородской области. Член ВКП(б) с 1920. В органах госбезопасности  с 1918. Капитан госбезопасности (1936). Награжден знаком «Почетный работник  ВЧК-ГПУ (XV)» (1935). В 1936-1939 - сотрудник УГБ УНКВД по ДВК. Виновен в необоснованных массовых арестах граждан, фальсификации следственных дел, применении к арестованным мер физического воздействия с целью получения ложных показаний, однако по неизвестной причине к уголовной ответственности не привлечен. 29.01.1939 уволен из НКВД вовсе с исключением с учета НКВД ст. 38 п. "В" Положения о прохождении службы начальствующим составом ГУГБ НКВД СССР по дискредитирующим основаниям. В 1950-е-70-е гг. - пенсионер, проживал в с. Наруксово Починковского района Нижегородской области.


АЛЬТГАУЗЕН Лев Осипович, 1911, урож. г. Архангельска, еврей, мл. лейтенант госбезопасности, ВРИД начальника отделения ОО НКВД 1-й ОКА. 26.03.1939 уволен из НКВД по ст. 38-В с исключением с учета. Арестован в Москве 15.05.1939 ОО ГУГБ НКВД СССР по ст. 58-1А, 58-11, 193-17 п. "а" УК РСФСР. Осужден 16.03.1940 ВТ войск НКВД Хабаровского округа по ст. 193-17 п. "а" УК РСФСР на 10 лет ИТЛ за нарушения законности, незаконные аресты, фальсификацию уголовных дел и пытки арестованных. Постановлением ПВС СССР исполнение приговора отсрочено до окончания военных действий, в апреле 1944 направлен на фронт - красноармеец 9 отдельной роты ОКР «СМЕРШ» 5-й Армии. В 1985 проживал в Ленинграде. Не реабилитирован.

БАШУК Яков Мордухович, 1903, урожен. м. Лачищин Пинского уезда Минской губ., еврей. Лесной брокер в Пинске. Арест. 05.11.1931 18-м погранотрядом ОГПУ БССР по ст. 120 УК БССР. 14.12.1931 из-под стражи освобожден с направлением в ПП ОГПУ по ДВК для определения на жительство в Биробиджан. Арестован повторно 05.11.1937 УНКВД по ЕАО. Осужд. 30.12.1937 по постановлению НКВД СССР по ст. 58-1а, 58-10 УК РСФСР к ВМН. Расстрелян 29.01.1938 в Хабаровске. Реабилитирован 18.12.1963 ВТ ДВО за отсутствием состава преступления. Архивное дело: П-93025, П-81868.

"Следствие проводилось весьма жесткими методами..."

Отправлено 31 мар. 2019 г., 22:06 пользователем Редактор   [ обновлено 9 сент. 2019 г., 00:04 ]


Объяснение  

В январе месяце 1938 года бывшим работником 1-го отделения штаба Биробиджанского погранотряда мл. пом. нач. отделения КРАСНОГОРОВЫМ было арестовано в с. Кукелево 2 человека как «харбинцы», в числе коих один, а именно – АВДЕЕВ Григорий, был арестован, как я узнал со слов КРАСНОГОРОВА, ошибочно. То есть должен был быть арестован АВДЕЕВ Меркурий, а арестовал он АВДЕЕВА Григория. 

Последний, будучи допрошен КРАСНОГОРОВЫМ, отрицал предъявленное ему обвинение в том, что он, АВДЕЕВ Григорий, был в Харбине, что в Харбине был АВДЕЕВ Меркурий. Но одновременно он дал показания о том, что в с. Кукелево существует контрреволюционная организация, за­нимающаяся шпионажем в пользу японцев и подготавливающая восстание. Здесь же он назвал лиц, входящих в указанную ор­ганизацию. 

На основании указанных данных в Кукелево была арестована еще группа людей, какое количество я не помню.

Когда арестованных стало много, в штабе отряда была создана следственная группа, в которую и я вошел, я тогда работал в 1 отделении мл. пом. нач. 1 отделения по закордону.

В порядке ведения следствия было установлено, что указанная контрреволюционная организация объединяет не только лиц, проживающих в с. Кукелево, но и в других селах Блюхеровского района, а именно: села Новое, Блюхерово, Бабстово, Чурки и другие.

Наряду с выявлением лиц - участников к-р организации из числа местного населения, обвиняемые начали давать показания на некоторых военнослужащих Блю­херовского, Новинского и Бабстовского гарнизонов, а также на некоторых лиц погранотряда.

Следствие начало принимать широкие размеры, руководство по ведению следствием почти отсутствовало, по направленным спецсводкам в Хабаровск указаний никаких не получали.

В это время КРАСНОГОРОВ по­ехал в Хабаровск, и он мне говорил, что был у зам. нач. войск КПВО полковника ФЕДОТОВА, которому он доложил о по­ложении с ведением следствия по организации, и просил у него помощи.

В конце апреля месяца в отряд приехали из Хабаровска работники краевого Управления НКВД АЛЬТГАУЗЕН и ТОЛСТОКУЛАКОВ, а также из штаба войск капитан ГРИГОРЬЕВ. В их присутствии и по их указаниям была арестована последняя группа людей, в ведении следствия по которым они при­нимали непосредственное участие. <...>

Как проводилось само следствие

К некоторым из арестованных применялись наруч­ники, и заставляли стоять в углу – так называемое "думать». Я лично применял только эти два метода.

Один раз я при­сутствовал при инсценировке "заседания трибунала" над одним арестованным, а именно: над ЛОПАТКИНЫМ Константином. При этом присутствовали ГИТЦЕВИЧ, КАРУЗЕ, КРАСНОГОРОВ, ТРУНКИН, я и, как будто, МЕЛЕХИН. Причем инсценировка эта была проведена после окончательного допроса ЛОПАТКИНА и, насколько мне помнится, перед инсценировкой ЛОПАТКИНУ была устроена очная ставка с одним из обвиняемых, на которой ЛОПАТКИН этому обвиняемому доказывал его причастность к к-р организации. Во время инсценировки все присутствую­щие, в том числе и ЛОПАТКИН, смеялись, и все это было пре­вращено в шутку.

Эти два метода насильственного принужде­ния обвиняемых давать показания я лично применял только к некоторым обвиняемым, а большинство обвиняемых давали мне показания исключительно добровольно на основании предъявленных им достаточных улик.

Так, например, показания добровольно давали МОРОЗОВ Тихон, ШИЛОВ, РАЗДОБРЕЕВ Васи­лий, ТОНКИХ Игнат и другие. Некоторые обвиняемые стали да­вать показания после проведения им очных ставок. Нап­ример, ВАРАВИН Капитон, РАМЕНСКИЙ (имя забыл) и другие. А некоторые, например, брат Кукелевского председателя сельсовета (фамилию забыл), и после проведения очных ставок в причастности к к-р организации не сознался.

Явных мето­дов принуждения к обвиняемым давать показания я лично не применял. Применяли ли другие методы насилия к арестован­ным другие работники отряда проводившие следствие, мне неизвестно. Но указанные два метода, т. е. наручники и ста­вить в угол, все работники применяли.

Следствие вели таким образом, что когда работ­ник начинает следствие кому-либо из арестованных, он же и заканчивает следствие. Но когда следствие ведется од­ному арестованному два, три и больше дней, то во время отды­ха следователя с арестованным оставался красноармеец. Для этой цели командованием было выделено 3 или 4 кра­сноармейца, которые находились в штабе на все время следствия. Должен указать, что указанные красноармейцы находились с арестованными не только с такими, которые сидели в наручниках, или стояли в углу, а с такими арестованными, которые давали показания, но показаний давали столько, что и следователь и обвиняемый переутомлялись. Обоим требовался известный отдых. А поэтому арестованный не отпускался в арестное помещение, а укладывался отдыхать здесь же в кабинете, и с ним оставался красноармеец.

Порядок систематизации материалов следствия был таков, что каждый следователь заполучаемые им материалы следствия сдавал их ГИТЦЕВИЧУ как начальнику отделения. Последний, в свою очередь, просматривал их и отдавал мате­риалы КАРУЗЕ, а он уже подготавливал следственное дело – выписывал лиц, проходящих по следствию, в общем, ведал всей конторой по данному делу. После же ареста КАРУЗЕ эту ра­боту выполнял сам ГИТЦЕВИЧ.

Контакта по проведению данной операции с Биробиджанским облуправлением НКВД и Блюхеровским РО НКВД не было. Наряду с изъятием к-р элемента от­рядом, проводилось изъятие к-р элемента РО НКВД, и иногда это доходило до безобразия.

Я помню случай, когда от­ряд наметил к изъятию человек 10 из числа жителей с. Блюхерово. Работники РО каким-то образом узнали фамилии лиц, подлежащих изъятию, и в ту ночь, когда отряд проводил изъятие, работники РО также стали проводить изъятие. И характерно, что когда ТИХОМИРОВ пришел в один дом для производства ареста, он там застал милиционеров. Узнав, что последние пришли также для производства ареста этого же  лица, он просто выгнал милиционеров, и сам аресто­вал этого гражданина.

Необходимо указать, что во время проведения следствия работала в Хабаровске Тройка. От­ряд часть арестованных направлял на Тройку, причем не основных фигурантов организации, а рядовых, с тем, чтобы путем дальнейшего следствия выявить все связи организации.

Районное отделение НКВД проводило следствие иначе. Они арестовывали группу людей, на быстроту проводили следствие, и аресто­ванных отправляли. Мне лично нач. РО НКВД НИКОЛАЕВ гово­рил, что быстрота в ведении следствия объясняется тем, что из Облуправления он получает норму – по 5 человек в день арестовать и провести им следствие. Это он мне го­ворил тогда, когда я с ним стал спорить о том, что не от­ражается ли такая спешка на ведении следствия.

Как я уже указал выше, что руководства по веде­нию следствия не было. А здесь еще прибавилась бескон­трольность с РО. И вообще, каждый работал, как ему его совесть подсказывает. <...>

Через некоторое время в отряд приехали АЛЬТГАУЗЕН, ТОЛСТОКУЛАКОВ и ГРИГОРЬЕВ. Я лично ожидал, что с их приездом следствие выправится, и мы получим должную помощь, но мои надежды не оправдались. Они арестовали новую группу людей и занялись следствием, причем для ведения следствия были также привлечены нач. ОО УР ГУСАРОВ, нач. РО НИКОЛАЕВ и ст. улолномоченный спецгруппы СИЛИН. Причем АЛЬТГАУЗЕН и ТОЛСТОКУЛАКОВ взяли группу арестованных и уехали в с. Бабстово в Особый отдел 34 дивизии, где проводили следствие.

Как там проводилось следствие, мне неизвестно, так как я там не был. Но мне известно два таких факта, которые говорят за то, что следствие там проводилось весьма жесткими методами.

Первый факт: когда я объявлял обвиняемому МОРОЗОВУ Григорию об окончании следствия, это происходило в помещении ОО УР в присутствии сотрудника ОО ВОЛКОВА, МОРОЗОВ мне заявил, что многое в следственном материале изложено вымышлено, и в частности – о военнослужащих. Что его, МОРОЗОВА, в Бабстово пытали так, что он трижды "обмарался", и заставили его давать показания на военнослужащих.

Когда я ему стал говорить, что за ложные показания он будет от­вечать как провокатор, МОРОЗОВ сказал: "Если бы  стали требовать от меня, чтобы я показал о том, что и вы член контрреволюционной организации, пришлось бы тоже показать, так как меня пытали". Он не стал вдаваться в подробности этих сведений, тем более, что я не располагал теми материа­лами, какие были взяты от МОРОЗОВ А в Бабстове. Кто его там допрашивал и где находятся эти материалы, мне неизвестно. Но мне известно, что АЛЬТГАУЗЕН и  ТОЛСТОКУЛАКОВ возили в Бабстово МОРОЗОВА в числе других арестованных.

Второй факт: в числе других арестованных, которых АЛЬТГАУ­ЗЕН возил в Бабстово, был быв. секретарь РИКа МИГУНОВ. Он там допрашивался, кажется, ТОЛСТОКУЛАКОВЫМ, я лично видел протокол допроса. Но ввиду того, что допрос ему не был за­кончен, протокол остался в отряде. И когда ст. лейтенант КАДЫГРОБ стал допрашивать МИГУНОВА, последний в моем при­сутствии заявил, что его, МИГУНОВА, в Бабстове также пытали так, что он "обмарался".

Я вспомнил третий факт, когда арестованный УШАКОВ Роман также заявил ГИТЦЕВИЧУ в моем присутствии о том, что его УШАКОВА в Бабстове пытали. Мне хорошо известно, что указанных трех арестован­ных АЛЬТГАУЗЕН возил в Бабстово.

И, наконец, четвертый слу­чай. Когда я вечером допрашивал арестованного, я вдруг услыхал прямо душераздирающие крики с сильным плачем. Крики эти неслись из комнаты, где АЛЬТГАУЗЕН с ТОЛСТОКУЛАКОВЫМ допрашивали председателя колхоза или сельсовета с. Дежнево - КОЛОБОВА.

Вот те "указания" и "установки", какие нам дали АЛЬТГАУЗЕН с ТОЛСТОКУЛАКОВЫМ. Действительно, многому можно было у них "поучиться". <...>

Откуда взято применение наручников и ставить в угол арестованных в отряде. 

В конце 1937 года в Блюхерово приехали работники Облуправления ЛУЩИК и как будто КИЗИЛЕВИЧ. Они произвели совместно с нач. РО НИКОЛАЕВЫМ аресты по Блюхеровскому району. Ввиду того, что РО не имело своего арестного по­мещения, а также не имело соответствующего помещения для ведения следствия, по разрешению нач. отряда они арестованных поместили в арестное помещение отряда, а следствие проводили в штабе отряда.

Вот здесь мы увидели впервые, как применяются наручники и ставят в угол. А когда мы стали проводить следствие, то к наиболее упорствующим арестованным мы эти методы стали применять.

Могу еще добавить к этому то, что две пары наручников были даны б. нач. отряда Биробиджанскому облуправлению, и они там долгое время на­ходились.

Знало ли руководство отряда о применении следова­телями наручников и ставить в угол арестованных? Да, зна­ло.

Бывший начальник отряда КУРЛЫКИН и комиссар отряда ТЕРЕЩЕНКО, хотя непосредственно арестованных не допрашивали, за исключением того, что КУРЛЫКИН допрашивал ТОНКИХ Тимофея, но они ежедневно заходили в комнаты, где мы допрашивали арестованных, и видели, что мы эти методы применяем. Осуж­дения этих методов не было. Начальник штаба ТАХТАСЬЕВ сам оформил одного арестованного, и также эти методы применял. <...>

Хочу указать, в какой обстановке мы проводили следствие. 

Я лично определенной комнаты не имел, приходи­лось буквально бегать с арестованным из комнаты в комна­ту. В комнатах был адский холод, вплоть до того, что чер­нила замерзали. Очень часто приходилось голодному рабо­тать, так как иной раз прозеваешь обед или ужин в с толо­вой, так как работаешь с арестованным, и остаешься голодным. Когда мы начали, как говорится, работать, стали приносить в штаб для нас ужины, но это было очень недолго. Во всяком случае обстановка для ведения следствия ни в коем случае не соответствовала тем указаниям, какие отряд получал из штаба войск КПВО.


Быв. мл. пом. нач. 1 отд. штаба 

63 Биробиджанского погранотряда НКВД ЛЮБЧЕНКО

1-10 of 65