Морозов Григорий Яковлевич

Отправлено 7 янв. 2019 г., 04:02 пользователем Редактор   [ обновлено 9 янв. 2019 г., 01:25 ]

Председатель колхоза «Молодая Заря», а затем председатель сельского совета с. Блюхерово (Ленинское) Григорий Яковлевич Морозов, 1905 года рождения, уроженец станицы Михайло-Семёновской, русский, был арестован 19 марта 1938 года 63-м Биробиджанским погранотрядом НКВД по ст. 58-1а-2-7-10-11 УК РСФСР (организованная контрреволюционная повстанческая и вредительская деятельность). 11 марта 1939 года уголовное дело прекращено за недостаточностью улик для предания обвиняемого суду, реабилитирован. Архивное дело: П-81923. 


«30 апреля на допрос меня вызвали - ТОЛСТОКУЛАКОВ и АЛЬТГАУЗЕН, у них уже был составлен протокол о том, что якобы повстанческая организация намеревалась 1-го мая под­жечь нефтебазу. Стали требовать, чтобы я этот протокол под­писал. ТОЛСТОКУЛАКОВ говорил: «Раз органам надо, подпи­шешь». АЛЬТГАУЗЕН стал меня бить, одел на руки зубчатые кольца так, что я упал. ТОЛСТОКУЛАКОВ тоже бил. Я не мог всего этого выдержать и подписал протокол».

 10 марта 1939 г.


«30 апреля 1938 года меня вызвали в кабинет № 6, там сидел ТОЛСТОКУЛАКОВ. На столе перед ним лежал листок бумаги, где было написано, что мною якобы УШАКОВУ было дано задание о поджоге нефтебазы в день Первого мая.

ТОЛСТОКУЛАКОВ мне предлагал подписать написанное на листке, но я не соглашался. Потом зашел АЛЬТГАУЗЕН. Спросив: «Не дает показания?», - он предложил поставить меня на час в угол и ушел. Через час он вернулся, и на­дел мне наручники, и начал с силой зажимать их, в результате чего я не выдержал, и упал на пол, оправившись здесь же в брюки.

Придя в сознание, я опять не подписывал протокола. Тогда АЛЬТГАУЗЕН вторично одел мне наручники, после чего я согласился под­писать протокол, и подписал его. После этого АЛЬТГАУЗЕН предложил мне папиросу и заявил: «Что мы захочем, то и сделаем».

В Бабстово ТОЛСТОКУЛАКОВ давал мне список на 30 коман­диров и заставлял, чтобы я подписал, что все они участники контр­революционной организации. Я не соглашался этого подписывать, тог­да ТОЛСТОКУЛАКОВ начинал меня бить. 

На допросе у ЛЮБЧЕНКО я 10 суток стоял в углу с тем, чтобы я подписал протокол. Не выдержав 10-суточного стояния в углу, я заболел, и меня поместили в больни­цу. Выйдя из больницы, меня опять поставили в угол. Не простояв суток, я согласился подписывать все то, что написал ЛЮБЧЕНКО».

15 марта 1940 г.


О "методах" следствия, заставлявших арестованных "признаваться" в чем угодно, смотрите здесь

ЧТОБЫ ПОМНИЛИ